Следующие четыре причины – это логические умозаключения. 1. Поскольку просветляющее влияние Будды действует без разрыва в своей длительности, оно должно продолжать действовать и в настоящее время. 2. Чтобы это влияние достигло учеников, оно должно передаваться через некое посредничество, а именно посредничество квалифицированных наставников, как в аналогии с нуждой в увеличительном стекле для фокусирования лучей солнца на растопке. 3. Тот образ, которым заблуждающиеся умы учеников заставляют проявляться вещи, ненадежен. Следовательно, хотя наставники могут казаться имеющими изъяны по своей природе, эта внешность их образа существования не соответствует тому, как они в действительности существуют. 4. Поскольку умы учеников ограничены, они способны увидеть и вступить в отношения только с проявлением Будды, которое возникло в относительных ограничениях. Поэтому, чтобы помочь ученикам, наставники необходимым образом проявляются как имеющие обычные недостатки. Большинство западных людей считают это объяснение недостаточным. Или оно не может убедить их в том, что их наставник является Буддой, или ведет их к принятию утверждения с неадекватным пониманием. То есть, они неправильно понимают это наставление рассматривать своих наставников как Будд. В своем тексте «Комментарий на («Компендиум) достоверно познающих видов сознания» Дигнаги Дхармакирти заявил, что определяющая характеристика явления, которое возникает из причин и условий – это его способность производить функцию для конкретной аудитории. Из-за этой способности феномен является тем, чем он является. Так, например, часы, которые производят функцию игрушки для младенца, - это не просто часы, функционирующие как игрушка, это и есть игрушка, - для младенца. Трактовка мадхьямаки проясняет этот пункт: объект – это игрушка только по стечению обстоятельств, а не игрушка в высшем смысле. Здесь дело не в том, что часы содержат твердые, обнаружимые определенные характеристики, как генетический код, который своей силой делает их часами в высшем смысле. И это не тот случай, когда вещь здесь является таким объектом, который имеет в себе две характеристики, делающие его своей силой в высшем смысле и часами, и игрушкой или одновременно или попеременно. И также это не тот случай, в котором сам объект является чем-то в высшем смысле неопределенным, что не является ни тем, ни другим. Это часы или игрушка, зависящие от своей способности функционировать истинно как часы – для взрослых или как игрушка – для младенца, не являясь в высшем смысле часами, игрушкой, тем и другим или ни тем, ни другим. — 123 —
|