Все общественные учреждения, наконец, которые создает человек, как слепое орудие естественных инстинктов и склонностей, все духовные создания, при помощи которых он делает жизнь более сносной, украшает и облагораживает ее, все это он стремится сохранить "навеки"; все его мысли направлены на это сохранение, между тем как естественный и естественно необходимый поток непостоянства работает над их гибелью, подтачивает их, грызет и разрушает. Мы хотим сохранить социальное общество, в котором нам живется хорошо, но оно должно погибнуть, как и наша личная жизнь; мы хотим сохранить свой язык, религию, обычаи, национальность, совсем не замечая, как каждый день трудится над гибелью этих наших моральных благ, как каждый день является каплей, подтачивающей и дробящей эту воображаемую силу. Самопожертвование во имя сохранения того, что безжалостно подлежит гибели, мы называем высоким образом мыслей и героизмом. Подчинение естественной необходимости мы называем малодушием и низшим образом мыслей. Поступать наперекор естественным стремлениям - значит быть аскетом, которому люди не отказывают в своем удивлении; следовать естественным стремлениям и необходимостям - значит, по большей части, быть низким "материалистом". Безумцы, не видящие и не понимающие всесильности естественных отношений, являются героями наших художественных произведений, при взгляде на которых мы возносимся духом. Чем безумнее они поступали, тем более "великими" они представляются нам. Основатели всемирных государств - Киры, Александры, Цезари, Наполеоны - возбуждают в нас удивление, так как они хотели совершить невозможное и неестественное, и за то погибли. Простой человек, который покоряется естественной необходимости окружающих его отношений, не достоин никакого уважения. Однако со всеми своими свободными действиями, со всем своим героизмом мы можем сделать только больнее для себя неизбежное исполнение естественной необходимости, но не можем ни на миг замедлить ее. Имманентная вещам и отношениям естественная необходимость осуществляется, хотя бы мы и боролись против нее; поэтому вполне справедливо изображение человеческой жизни в виде вечной борьбы с природой, но вполне ложно воззрение, будто в этой борьбе человек может выйти победителем в каком-либо отношении. Здесь побеждает всегда и исключительно лишь естественная необходимость, но никогда и ни в коем случае не "свободная воля" человека. Стремление человека только колеблется то по одну, то по другую сторону этой необходимости, пока не совпадает с ее линией; и только тогда оно может быть осуществлено. Позволю себе воспользоваться здесь тривиальным сравнением. — 126 —
|