Как уже говорилось, Мануил II был вынужден вести жизнь воина, и вряд ли он владел арабским языком и читал Коран, ибо если бы он его прочитал, то знал бы, что Аллах — это Бог Ибрахима, Исхака и Йакуба (т. е. Бог Авраама, Исаака и Иакова в священной для христиан Библии). Он знал бы, что его война с турками за жизненное пространство и контроль над территориями не имеет ничего общего с войной за веру (джихадом), о которой говорится в Коране, имеющей своей целью защиту веры, а не ее распространение силой оружия. «И сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается с вами, но не преступайте — поистине Аллах не любит преступающих». Этот страстный призыв к обороне, но не к нападению, был вызван хорошо известной из истории ислама ситуацией, в которой оказались пророк Мухаммад и первые последователи этой религии. Военные успехи Мухаммада и его сторонников в мединский период его деятельности и особенно «окопная оборона», когда мусульман не смогло одолеть более чем втрое превосходящее войско язычников, убедили арабов, что Всевышний на стороне ислама и, как сказано в одной из мединских сур Корана: «Когда пришла помощь Аллаха и победа, ты увидел, как люди входят в религию Аллаха толпами...» (Коран, 110:1—2). Но все это было следствием, а не целью вооруженной борьбы пророка. В то же время не следует забывать о том, что мировосприятие мусульманина и сегодня в значительной мере определяется Кораном, и оскорбление ислама словом или действиями (например, карикатурами) вызывает у верующих немедленную и сильную защитную реакцию. Если же кто-нибудь в современном мире не может устоять перед соблазном придать текстам Корана агрессивно-наступательный смысл, то пророк Мухаммад за это ответственности не несет, как и Иисус Христос не несет ответственности за зверства инквизиции, крестовые походы, мракобесие средневекового христианства, Варфоломеевскую ночь и за все прочее зло, вершившееся от Его светлого имени. Духовные ценности ислама сосредоточены не только в Коране, но и в сунне — священном предании о словах и поступках пророка в различных жизненных ситуациях. В сунне господствует культ знания, и это бережное отношение к человеческой мудрости, ставшее одной из норм ислама, выразилось, в частности, в том, что творения великих философов античности — Аристотеля, Платона и многих других, считавшиеся в средневековой Европе языческими и потому подлежащими уничтожению, были сохранены именно в мусульманском мире и через века возвращены западной культуре, став ее духовным достоянием в эпоху Возрождения. — 223 —
|