• разрешение на строительство гаража — $2000; • оформление загранпаспорта в течение двух дней — $600. Источники, обнародовавшие эти цифры, утверждают, что они лишь приблизительно отражают стоимость той или иной «услуги». В реальности все зависит от аппетита чиновника. И от податливости взяткодателя. Поторговавшись, можно сбросить до 30 % требуемой суммы. Многие из этих «ставок» сегодня безнадежно устарели. За поступление в престижный государственный вуз нужно «выложить» от 20 000 до 50 000 долл., а за прекращение уголовного дела в суде не менее 3000–5000 долл. Взяточничество отнюдь не явление, ставшее приметой исключительно постсоветского времени. Еще в годы «застоя» сформировалась устойчивая система поборов, при которой в ходу были не единичные, пусть даже очень крупные, взятки, а систематическое материальное содержание чиновников, порой очень высокого уровня, включая министров. Социологические исследования показывают, что метастазы взяточничества проникли во все слои общества, превратившись в мощный фактор формирования установок на противоправную деятельность. Согласно данным ВНИИ МВД России, подавляющее большинство опрошенных (70–80 %) готово дать взятку должностным лицам и вполне уверено в эффективности этого вида преступности. В частности, чтобы добиться незаконного решения в свою пользу, 7 % прямо предложили бы деньги или подарок тому, от кого зависит успех дела, 22 % — косвенно дали бы понять чиновнику, что за оказанную услугу готовы предоставить вознаграждение или иным способом заинтересовать, 46 % — попытались бы через родственные и дружеские связи выйти на «влиятельных людей»[106]. Примечательно, что примерно половина опрошенных в течение года оказывались в ситуации, когда при помощи ценного подарка или иной «благодарности» важный для них вопрос можно было решить быстрее и эффективнее. Мы вправе, следовательно, утверждать, что явление коррупции имеет устойчивую социальную базу, фундаментом которой является его частичное морально-ценностное признание обществом. Коррупция и впрямь, подобно ржавчине, разлагает общество, поражая тех, кто слаб духом и жаден, но держит рычаги власти, пусть самой маленькой. Малозаметная, но сатанинская сила коррупции заключается не только в том, что за взятку можно все, чего нельзя, но и в том, — и это еще более опасно, — она компрометирует власть, разрушает нравственные ценности, лишает людей духовных ориентиров, уничтожает веру в справедливость. Когда какой-либо крупный чиновник-взяточник попадается с поличным и это становится достоянием гласности, многие из тех, кому раньше сама мысль о мздоимстве не приходила в голову, вдруг задумываются: а почему бы и нет?.. И переступают нравственный порог. Зачастую это происходит не по причине нужды, бедности и уж явно не из желания достичь какой-то благородной цели, для осуществления которой не хватает средств… Просто чиновник начинает недоумевать: если там, наверху, позволяют себе такое, почему я не могу тоже? Эта незатейливая мысль так цепко держит человека, овладевая всем его существом, что даже если взяточнику, как в средневековье, отрубить руку, он будет брать подношения другой рукой… — 132 —
|