прошел и на ночном небе показались звезды. В ушах свистел ветер, и вдалеке серебряной лентой мерцала река. Из труб по-прежнему вырывались клубы дыма, и "Бамбуковая Стрекоза" продолжала свой полет по иссиня-черному небу Китая - крошечная точка среди мириад сияющих звезд. Вскоре Скряга Шэнь задремал, затем уснул и Ли Као, а я еще долго смотрел то на небо, то вниз, на освещаемую лунным светом землю. Ощущение полета отличалось от тех, которые я часто испытывал во сне, и, сказать по правде, летать во сне мне нравилось куда больше. Там я, подобно птице, парил на крыльях ветра и мог лететь куда угодно. Я был свободен. Здесь же я оказался всего лишь пассажиром и, по правде, ужасно бранил себя за недовольство. Мне выпала честь полетать на удивительном чуде света, а я... Ли Као тоже бранил себя, правда, по другой причине. Он что-то бормотал во сне, и я прислушался. - Глупец. Ты слеп, как крот. Где твоя голова?..- он заворочался и почесал нос.- Почему не на острове? На той стороне моста. Глупость какая-то. Ничего не понимаю. Он снова замолчал, и я подумал, что если он говорил о невидимой руке, то это и впрямь непонятно. Если паук охранял сокровища правителя, как прилив - лабиринт, то почему не посадить чудовище на острове? Невидимый, он бы спокойно ждал на том конце моста, и каждый желающий забрать сокровища тут же стал бы добычей голодного паука. Это все равно, что принести завтрак в постель. - Дети,- снова проворчал Ли Као.- Игры. Глупости или нет? Маленький мальчик! Он вздохнул, дыхание стало ровным, и вскоре старик мирно захрапел. Скряга Шэнь тоже спал, и по его крючковатому носу катилась слеза. Он что-то бормотал, и я наклонился поближе. - А Чэнь,- шептал он,- папочка здесь, папочка рядом. Больше он ничего не говорил, и вскоре заснул и я. Проснувшись, я увидел розовые и оранжевые облака, бледнеющие на лазурном небе, и горные пики вокруг. Мы летели по узкому проходу между скалами, и мои спутники, сняв халаты, рулили "колесницей". Повсюду росли диковинные деревья, и их ветви, казалось, пытались поймать облака. Я сладко зевнул и, скинув халат, принялся помогать им. В какой-то момент мы пролетали так близко от скалы, что я высунул руку и зачерпнул пригоршню снега. Он был свежим и превосходным на вкус. Но вот горы остались позади, и под нами распростерлась прекрасная зеленая долина. На полях крестьяне жгли сорняки, и струйки дыма поднимались с земли, а в воздухе пахло — 113 —
|