– Нет, не повлечет, генерал. – В таком случае всего хорошего. И генерал в штатском вышел из кабинета. Двое оставшихся, стараясь не глядеть друг на друга, сели в кресла. Глухо ударили часы – высокие, из черного резного дуба. На столе адъютанта то и дело звонили телефоны, в приемную заходили секретари, работники отделов, курьеры с фронта. Они переговаривались с адъютантом Блюхера тихими, смертельно усталыми голосами – когда армия отступает, в штабах страдают бессонницей. Блюхер появился стремительно; ни на кого не глядя, прошел в свой кабинет. Полковник и генерал переглянулись. – Кто этот молодой человек? – спросил генерал, кивая головой на дверь, только что закрывшуюся за Блюхером. – Военный министр. Адъютант скрылся за дверью. Через мгновение он вышел. – Министр приглашает вас, граждане. – Присаживайтесь, – сказал Блюхер вошедшим. – Благодарю, – сухо ответил полковник. – Спасибо, гражданин министр, – чуть улыбнулся генерал. – Вам известно об аресте группы бывших военных во главе с Гржимальским? – глухо спросил Блюхер. – Что?! – То! – рассвирепел Блюхер. – То самое! – Генерал Гржимальский честный человек. – Я воевал с ним в Галиции… – Ладно. Я пригласил вас не за этим. Просто мне полчаса назад об этом сообщили из госполитохраны – они сейчас заканчивают аресты белых заговорщиков, а я давеча генерала Гржимальского внес первым в список – побеседовать и постараться найти платформу для совместной работы. – Здесь не могло быть ошибки? – спросил полковник. – Генерал Гржимальский всегда был вне политики, он кадровый военный и патриот. Блюхер стремительно глянул на собеседника, свел брови в одну мохнатую линию, хмыкнул. – Граждане кадровые военные, – сказал он после паузы, – позвольте мне перейти к главной части нашего разговора. Поскольку вы часто божитесь своей любовью к матушке-России, я хотел бы ознакомить вас с тем ультиматумом, который Япония выдвинула нам в Дайрене. Мы не приняли его. Вот, извольте. Генерал и полковник жадно прочитали документ и возвратили его Блюхеру. – Когда мы отказались принять эти позорные для русских условия, против нас по приказу японцев выступили белые во главе с Молчановым. Итак, вопрос на сообразительность: с кем сейчас должен быть русский патриот, любящий «матушку-родину», – с меркуло-молчановцами или с большевиками? Отвечать прошу по принципу «да – нет», всяческая хреновина надоела – спасу нет. — 125 —
|