— Я… Я… — сэр Джон обнаружил, что не в состоянии произнести ни слова. Джоунз отпил еще глоток вина. — Два года, — продолжал он спокойно, словно не замечая смущения Бэбкока, — это не такой уж долгий срок, вот увидите. Когда вы победите плоть, духу станет гораздо легче. Я верю в вас, сэр Джон, — закончил он с неожиданной теплотой и потрепал молодого человека по плечу, чтобы придать своим словам большую убедительность. Сэр Джон вернулся домой и в течение двух недель прилежно выполнял упражнения по астральной проекции, большую часть времени чувствуя себя (как и предупреждал Джоунз) полным идиотом. Если для решения загадки с буквами I.N.R.I. нужно было преодолеть время, то для выхода на астральный план — пространство. Сэр Джон вскоре понял, что цель этих упражнений заключается в том, чтобы находиться в двух местах одновременно. Так как здравый смысл этому отчаянно противился, нужно было выйти за его пределы, сознательно развить в себе некую веру, граничащую с религиозной манией. Первые попытки сэра Джона сделать это были комичны и неизменно оканчивались неудачей. Все, чего удалось добиться сэру Джону после трех недель напряженной тренировки — это оказаться внутри какого‑то сложнейшего механизма, состоящего из миллионов подвижных частей. Вокруг этих частей суетились голубые щенки и красные карлики, которые двигались рывками, словно автоматы, и разговаривали сами с собой. «Маллиган миллиган хулиган холиган», — бормотали одни. «Магия мистика эквилибристика!» — выкрикивали другие. «Глупый простак, вечно все не так», — пищали третьи. «Повязка, развязка, завязка, привязка», — ревели четвертые. «Сэр Пух, сэр Пах, сэр Талис, сэр Квалис», — тараторили пятые. Вздрогнув от испуга и отвращения, сэр Джон вернулся в свое тело, которое сидело в кресле, которое стояло в знакомой и уютной комнате в евклидовом пространстве, и понял, что во время своих попыток выйти на астральный план просто‑напросто задремал. — Не отвлекайтесь на чепуху, — сказал ему Джоунз, прочитав последнюю запись в его дневнике. — Такое можно услышать на любом религиозном собрании или спиритическом сеансе. Вы попали в одну из ловушек Черной Башни. Так случается с каждым, кто вступает на Путь без Меча Разума. Скорее всего, вы уже не раз слышали и видели нечто подобное, преодолевая зыбкую границу между явью и сном. — Да, — подтвердил сэр Джон после секундного раздумья. — Неужели такое случается с каждым? — Конечно. У каждого человека два ума — рациональный и иррациональный. Всегда быть рациональным — значит быть человеком только наполовину. Тем же, кто дает волю иррациональному, завладевает религиозный фанатизм, или то, что психиатры называют истерией. Великое Делание заключается в том, чтобы гармонично соединить иррациональное и рациональное. До тех пор, пока вам это не удастся, в ваше сознание будет постоянно проникать всякая тарабарщина из иррациональных сфер. Не обращайте на нее внимания и ничего не бойтесь. Постарайтесь полностью сосредоточиться на Делании. — 45 —
|