Свершив свой труд, растаяли они. XXXVI— Наконец‑то, — произнес Эйнштейн, попыхивая трубкой. — Теперь у нас есть хоть какая‑то зацепка. Джойс неуклюже поерзал в своем кресле, пытаясь свернуться поудобнее. — Хорошо, если нам удастся за нее зацепиться, — с сомнением сказал он. Эйнштейн начал рыться у себя на столе в поисках чистого листа. По‑видимому, это была непростая задача, ибо вся бумага в его кабинете была испещрена формулами и уравнениями. — Барон Захаров, — пробормотал он. — Свет в конце тоннеля. Ага! — Он наконец нашел то, что искал. — Вот, — сказал он, протягивая бумагу Бэбкоку, — нарисуйте, пожалуйста, точный план того места, где загадочным образом исчез Вири. Пока сэр Джон усердно рисовал, Эйнштейн то и дело заглядывал ему через плечо, задавая вопросы и уточняя подробности. В конце концов он получил именно такой план, какой ему был нужен. — Ага, — с удовлетворением произнес Эйнштейн, изучая рисунок, — так я и думал. Ну и хитры же они, мошенники! — Надеюсь, вы знаете, о чем говорите, — пробурчал Джойс из темного угла, где стояло его кресло. — Для меня, полного профана во всем, что связано с наукой, это самое загадочное из всех событий, о которых нам поведал сэр Джон. Эйнштейн усмехнулся. — Вряд ли, — сказал он Бэбкоку, — вы поверили барону Захарову на слово и ушли оттуда ни с чем, вежливо распрощавшись. Бэбкок безнадежно махнул рукой. — Конечно, мы ему не поверили, — сказал он. — Мы начали его расспрашивать. Сначала он считал нас пьяными или сумасшедшими, и Джоунзу потребовалась вся его дипломатичность, чтобы барон в конце концов отнесся к нам более или менее серьезно. Но даже после этого в его голосе звучала насмешка. Наверное, нет на свете людей надменнее русских дворян. Но он все же позволил нам осмотреть сад. По обе стороны от дорожки росли пышные кусты, псе утопало в листьях и цветах. Если бы преподобного Вири схватили и тащили напролом через сад, часть растений была бы сломана, но ничего такого мы не заметили. — Какой высоты был забор? — быстро спросил Эйнштейн. — Около метра. Я отчетливо видел голову и плечи Вири до тех пор, пока он не скрылся за дубом. — А растения? — не сдавался Эйнштейн. — От полуметра до приблизительно метра двадцати. Но все они были в целости и сохранности, — повторил сэр Джон. — Я в этом не сомневаюсь, — сказал Эйнштейн. — Теперь, сэр Джон, постарайтесь как можно точнее представить себе преподобного Вири и барона Захарова. Какого они были роста? — 161 —
|