Все происходящее потенциально имеет равную значимость. Терапевт не должен предполагать никакой иерархии значений в том, что видит и слышит. Движения могут быть так же важны, как и то, о чем говорит клиент. Это, конечно, требует некоторой искусности. Само собой разумеется, что не стоит грубо перебивать клиента сообщением о том, что он уходит от темы. Однако следует помнить слова Перлза, что гештальт — это терапия очевидного, а также иметь в виду принципы теории поля. Уравнивание дается легче, если нам удалось вынесение за скобки, и мы свели свои интервенции к описанию того, что есть. В этом случае мы доверяем нашей обостренной способности замечать и называть возможные связи или аномалии. Ясно, что и то, что находится на заднем плане, то, что отсутствует или пропущено, может иметь равную значимость с очевидным, как, например, в случае с клиентом, который говорит о надвигающемся разводе почти без эмоций. Пример Консультант: Я заметил, что, говоря о жене, вы в основном смотрите в окно. Клиент: Да? Возможно. Не думаю, однако, что это важно. Я вижу верхушку огромного бука там, далеко, и это как-то успокаивает. Консультант: Каким образом это вас успокаивает? Клиент: Я не хочу об этом говорить — о моем браке. Я не хочу вам об этом рассказывать, и не хочу, чтобы это было правдой, и вы как будто вправду мне сочувствуете. Я чувствую — о, я знаю, что это глупо — злость по отношению к вам. Вы заставляете меня об этом говорить. Вы заставляете меня увидеть, что на самом деле происходит, а я не хочу. Консультант: Итак, вы чувствуете, что это я за-ставляю вас об этом говорить? У меня есть власть для этого. А вы чувствуете злость и уходите к верхушкам деревьев. Клиент: Точно. Как будто там вы меня не до-станете. И никто не сможет меня к чему-то принуждать. Консультант: Вам знакомо это чувство? В этом примере консультант придавал равное значение рассказу клиента и тому, что тот смотрит в окно. И таким образом неожиданно позволил проявиться более глубинному смыслу. Одно из главнейших условий терапии состоит в способности быть очарованным клиентом2. Хотя формально это и не является частью фено-менологического метода, мы убеждены в том, что активное любопытство крайне важно для терапевта, пытающегося понять мир клиента. Вы должны быть заинтересованы в том, как ситуация развивается, как клиент осмысляет ее, как это соотносится с тем, и что это означает в общем контексте. Делая это, вы помогаете клиенту исследовать и прояснять его собственное понимание. Вам должно быть очень любопытно все, что касается жизненного опыта клиента. Ваше любопытство часто будет побуждать вас задавать множество вопросов. Золотое правило состоит В-том, чтобы быть уверенным, что ваши вопросы — часть феноменологического вопрошания, а не допроса с пристрастием. Важно, чтобы клиент не чувствовал себя так, как будто на него внезапно напала испанская инквизиция или что существует правильный от-вет, к которому вы стараетесь его подвести. Избегайте вопросов, в которых содержится ответ. Сравните «Это было сложно?», «Вы хорошо спали?», «Вас это опечалило?» с «Каково ЭТО было?», «Как вы спали?» или «Что вы чувствовали?» Избегайте вопроса «почему», который может обесценить испытываемое вами любопытство. Обычно вопрос «почему» предполагает продуманный ответ или рационализацию и часто имеет критический подтекст, например, «Почему вы опоздали на встречу?» более выгодно обращаться с открытыми вопросами, такими как «Как это получилось?» «Каково это — опаздывать?» — вопросы скорее по поводу процесса, нежели содержания. Также полезно бывает то, что мы называем «исследование микропроцессов». Предложите клиенту в течение нескольких секунд осознавать свой текущий опыт. Не обращайте внимания на «почему» и даже на «как», полностью сосредоточьтесь на «Что происходит прямо сейчас» и «Что произошло сразу За ЭТИМ». — 17 —
|