Так сказал иудей, но его перебил итальянец. — Неправду вы говорите, — сказал он иудею. — Вы приписываете богу несправедливость. Бог не может любить один народ больше других… Бог не оказывает предпочтения никакому народу, а призывает всех в лоно римско-католической церкви, вне которой нет спасения. Так сказал итальянец. Но протестантский пастор, побледнев, отвечал католику: — Как можете вы говорить, что спасение только в вашем исповедании? Спасены будут только те, кто служит богу по закону Иисуса. Тогда турок, работавший в суратской таможне, который тут же сидел с важным видом и курил трубку, обратился к обоим христианам. — Напрасно вы так уверены в истине своей веры, — сказал он. — Ваша вера уже около шестисот лет тому назад заменена истинною верою Мухаммеда. Она все больше и больше распространяется. Спасутся только верующие в последнего пророка божия, Мухаммеда. И то только сунниты, а не шииты. Они неверные. При этих словах иранский богослов-шиит хотел возразить турку, но в кофейной уже разгорелся спор между всеми находившимися тут посетителями разных вер и исповеданий: абиссинскими христианами, тибетскими ламами, мусульманскими сектантами-измаилитами и зороастрийскими огнепоклонниками. Все спорили о сущности бога и о том, как нужно поклоняться ему. Каждый утверждал, что только он знает, как надо почитать бога. Смысл рассказа Толстого состоит в том, что бесчисленное множество вероисповеданий претендовало и претендует на обладание истиной. Каждый проповедник религии утверждает, что только его бог истинный, а другие боги лживы. Нет такой религии и церкви, которая не считала бы свои верования и обряды наилучшими и на этом основании не порицала бы другие исповедания. Католики в Риме осуждают тех, кто не верит в Христа, а мусульмане в Мекке — тех, кто верит в него. Вера в Аллаха означает неверие в Будду, а вера в Будду — неверие в Аллаха. Многовековой опыт человечества показал, что правильный путь не в поисках истинного бога, а в отказе от веры во всякого бога. Говорят, что религиозная вера объединяет людей. Нет, она не столько сплачивает, сколько разобщает людей; а если и сплачивает, то лишь для того, чтобы противопоставить их друг другу. Религии, церкви и секты разъединяют людей, внушая измышления о мнимом превосходстве одной веры над другой. Трудящимся нужно не разделение, а единение. Нет для них большего врага, чем предрассудки и суеверия, выгодные эксплуататорам. Раньше многие народы верили, что только им открылся бог, что только он благословил их. Не было ни одного древнего народа, которого жрецы не воспитывали бы в убеждении, что боги именно его больше любят и ему предопределяют особую роль. Так, в Древней Мексике ацтеки верили, что на них возложена великая обязанность — предотвращать гибель солнца с помощью крови, проливаемой во время жертвоприношений. Завоеватели Древней Индии утверждали, что только они — «высшая» раса избранных людей, а покоренные племена — «нечистые», осужденные богами быть вечными рабами. — 13 —
|