Я сразу сконцентрировал свое внимание на Нормане и сосредоточился. Разрубание, разрезание, разделение человека пополам связано с образным представлением распятия с обертонами расчленения. И в том, и в другом случае речь идет о символическом воплощении страдания, заключенного в разделении противоположностей, и в осознании, как жить, имея внутри себя такие противоположности. Они являются интегрирующей частью героического странствия. Вот что об этом пишет Юнг: «Никто из людей, оказавшихся на пути к целостности, не может избежать пребывания в характерном подвешенном состоянии, означающем распятие. Ибо он неминуемо столкнется с тем, что будет раздирать его на части и «распинать» его: сначала– сущность, которой он не хочет быть (его тень); затем сущность, которой он не является («другой», отдельная реальность «Ты»); и, наконец, третье– его психическое «не-Эго» (коллективное бессознательное)». Норман до сих пор не слишком понимал, что значит его тень, и явно не испытывал никакого желания ею быть; «другим» была его жена, реальность которой от него ускользала; на первое место у него выходило именно психическое «не-Эго», то есть бессознательное. Великан встречался и раньше. Этот образ символизировал очень сильный аффект, вызванный комплексом. В случае с Норманом это был материнский комплекс. В других сновидениях великаны вынуждали Нормана залезать на деревья и в канализационные трубы. Однажды великан съел его ботинок. Тогда он впервые по-настоящему дал ему сдачи. – Мои поздравления,– сказал я. Мне кажется, он меня не услышал. Ну и ладно. Это могло случиться во сне, во время компенсации, ибо в жизни он так поступить не мог. – Следующий день был действительно очень трудным,– сказал Норман.– Когда я проснулся, у меня раскалывалась голова от боли. На оконном стекле были морозные разводы. Я внимательно посмотрелся в зеркало и увидел волосы у себя в носу. «Боже мой,– подумал я,– одного этого хватит, чтобы отправить меня обратно, к Беккету». – Мне ничего не нужно было делать, весь день был в полном моем распоряжении. Нэнси еще спала. Стол в гостиной был заставлен грязной посудой, оставшейся после ночного застолья. Я ненавижу бардак и хочу, чтобы он прекратился. Дети встали в хорошем настроении и шумели. Обычно я надеваю на ночь мягкие наушники, но хочу вам сказать, что фактически они ничуть не помогают. Я умыл детей и приготовил им какую-то кашу. Сам выпил апельсиновый сок. Нэнси не любит, когда я обхожусь без завтрака. «Тебе утром нужно есть что-то горячее»,– говорит она. Я часто думаю то же самое, но каша– не решение вопроса. — 84 —
|