«Обкатка» военнослужащих на жестокость, как будто официально не поддерживается, но и борьба с ней не ведется. Так появилась в свое время уже упоминавшаяся выше брошюра «Криминальный режим», смысл которой сводился фактически к одному: «хороший чеченец — мертвый чеченец». Ее авторы и составители не скрывали на пресс-конференции, что брошюра предназначена в основном для солдат, воюющих в Чечне. И надо ли после этого задаваться вопросом, почему так называемые фильтрационные пункты были переполнены первыми попавшимися и ни в чем не повинными чеченцами в возрасте от 16 до 50 лет? Вырвавшиеся оттуда люди утверждали, что там их постоянно унижали, избивали до полусмерти, там убивают и калечат. А кому потом удалось выжить, при случае могли обменять. Омоновцы их так и называли: «материал для бартера». Жестокость федеральных войск (не говоря о всех офицерах и солдатах) в Чечне оказалось способной превратить месть в основной смысл жизни подрастающего поколения горцев, вызвать затяжную национальную рознь, глубокое межнациональное противостояние, которое стало поставщиком «человеческого материала» для организованного международными террористическими организациями вторжения боевиков в Дагестан летом 1999 г. Грубая сила как всегда оказалась не способной устранить конфликт, а только загнала его на время вглубь — до новой вспышки. В первом издании этой книги, которое вышло в свет в 1996 г., можно найти такие слова: «Коварство “чеченского капкана”, в котором по своей воле оказались федеральные власти. Россия стала в какой-то мере заложником “усмиренной” Чечни. Если сторонники суверенного государства начнут активно прибегать к диверсиям и террору за пределами республики, то в любом регионе страны возможно повторение трагедии Буденовска, Первомайска или даже Грозного». Поверьте, мне вовсе не хотелось тогда выступать в роли пророка. Для меня было совершенно очевидным, что ящик Пандоры вот-вот откроется и миллионы россиян будут бояться не дожить до следующего дня. Похоже, что режиссер (или коллективный автор), навязавший тогда Президенту и Совету Безопасности РФ кровавый сценарий решения чеченской проблемы, еще не угомонился, не удовлетворил свои садистские потребности. На фоне второй Чеченской войны кампания по внушению гражданам России и международному общественному мнению мифа о генетической предрасположенности чеченцев (независимо от пола, возраста, образования, культуры, места рождения и среды обитания) к преступлениям достигла своего пика. В круговерть были вовлечены многие средства массовой информации. В этих шовинистических шоу принимал участие ряд государственных мужей, представляющих исполнительную, в том числе военную и правоохранительную власть. — 235 —
|