– По какому праву вы влезли в мой номер? – Зачем вы кричите, Василий Константинович? Я не собираюсь вас убивать или обворовывать. Я пришел засвидетельствовать свое почтение и тут же откланяюсь, если вы, конечно, не попросите меня остаться. Блюхер садится в постели, подоткнув под себя подушку. – Сколько? – спрашивает он. – Что, что? – Сколько, спрашиваю, будете предлагать? – Я не в лавке, и вы не мелкий торговец. Я не буду вам предлагать ни иен, ни долларов. Не считайте людей вокруг себя глупее вас. Это совет человека, который относится к вам доброжелательно. Я обращусь к вам с просьбой, предложив вам взамен нашу незримую помощь. Вы даже ничего о ней и знать не будете. Не отказывайтесь от нашей помощи, не советую. – Не вертите, не вертите, давайте скорее кончать все это. Какая просьба? – Мне не нужны данные о численности ваших дивизий, полков и рот, я знаю это лучше, чем вы. Мне не нужен ваш план Забайкальского укрепрайона. Я знаю все, что происходит у вас в штабе, Василий Константинович. Так вот: когда вас, военного советника, спросит руководство, которое получит наш меморандум с требованиями, пока вам неизвестными, вы должны будете сказать всю правду вашему уважаемому руководству. – О чем? – О том, что воевать вам примерно еще года два будет не под силу. Это же, кстати, именно та точка зрения, которую вы недавно высказывали на заседании Совета Министров в Чите. Грубо говоря: посоветуйте своему правительству принять наш меморандум. – А меморандум ваш будет каков? – Хочется узнать? – Очень. – Закурите? – Здоровье берегу. – Разумно. – Так требования-то каковы? Что вы от нашей делегации потребуете? – Услуга за услугу, Василий Константинович. – Э, нет, господин хороший. Я в невыгодном положении. Вы всегда скажете в случае чего, что я достал текст японских требований неофициальным путем и все это ложь, а русские ведут себя провокационно, чтобы сорвать переговоры. Разве нет? Именно так и поступите. – Зачем вы плохо обо мне думаете, Василий Константинович! Разведчики – обязательные люди. – Шрамик у вас на роже не от битья? – Ага… Били… – быстро кивает головой начальник имперской разведки Ицувамо. – По роже. Любит русский народ изящными намеками изъясняться, мочи нет. – Смешно подметили. А за что лупили? – За что? – переспрашивает Ицувамо. – За то, что желтый. Я, изволите ли видеть, в течение десяти лет был няней в доме у одного просвещенного российского интеллигента, который сейчас очень знаменит во Владивостоке и поддерживается нами. Так вот от него. За плохую стирку носовых платков для дочки. — 81 —
|