– А в чем дело? – Да так, интересуюсь. – Давно. – Нет, вам придется дать ответики конкретные, потому что это у нас маленький допросик будет, Николай Иванович. – Господа, – сказал один из прокурорских помощников, – пойдемте же на место происшествия, а то снег вон повалил. А снег действительно начал идти, как в театре, громадными хлопьями, непроглядно и быстро. Снег помогал Исаеву, заметал следы, укрывая теплом землю, уставшую от войн. – Ну ты, рожа, – сказал Пимезов Тимохе, – признавайся добром, как все было, пока я кожу с тебя не спустил и на кнопки над головой не застегнул. – Мальчик, – рассвирепел Ванюшин, – я этого человека знаю пятнадцать лет! Пимезов смешался, ибо не думал, что говорит так громко. – Нервы-с, – заметил он, – совсем сдают. – Лечить надо, а не орать, как базарная торговка. ПАРТИЗАНСКАЯ ЗЕМЛЯНКАИсаев сидит рядом с Суржиковым и Кульковым. Лицо его растерянно и жалко. Исаев читает шифровку, которую ему вручил связник, только что пришедший от Постышева. Исаев видит цифры. Их целая колонка, они пляшут у него перед глазами. А цифры эти говорят: Вам предстоит изыскать возможность отъезда вместе с наиболее реакционной частью белогвардейцев в эмиграцию, для того, чтобы мы смогли знать через вас о новых заговорах против республики, которые, бесспорно, будут организовываться. Дзержинский Исаев прочитывает шифровку еще раз, медленно сжигает ее на свече, растирает пепел по дощатому полу сапогом, потом тихо говорит: – Давайте сюда Гиацинтова. Полковника вводят в землянку. Взгляд его сейчас кроличий, глаза красные, быстрые. – Ну? – спрашивает его Исаев. – Как, Кирилл Николаевич? – Плохо, Максим Максимыч. – Понятно, что плохо. Так «да»? – Вы имеете в виду мою работу на вас? – Именно. – Я согласен. – Так сразу? – Я же у вас, что мне остается делать? – Достойно умереть. – Не хочу. – И правильно. – Гарантии? – Ваша помощь. – Пожалуйста. – Мне нужны все группы, которые вы отправили к нам в тыл. – Гарантии? – повторил полковник. – Честное слово. – Вы же разведчик. – Именно. – Этого мало. – Ладно. Вы на протяжении ближайших двух-трех лет будете нам нужны. У вас есть люди в парижских эмигрантских кругах? – Да. – В берлинских? – Тоже. – Это залог вашей жизни. Я у вас не прошу сейчас рекомендательные письма к ним. Но они мне вскорости понадобятся. В сопроводиловке я это написал. — 212 —
|