Теперь он, надолго задумывался, когда кто‑то произносил фразу, которая казалась ему наполненной иным, более глубоким смыслом. «Возможно ли… что это один из нас?» Был ли Шекспир членом Незримой Коллегии? А главный официант «Клариджа»? Вообще, сколько всего в ней было членов? Сэр Джон попытался было получить ответ у Джоунза, но тщетно. «Ваши вопросы говорят о том, что вы пока еще не понимаете истинной природы Пространства и Времени», — такова была неизменная реакция Джоунза. Иногда сэру Джону попадались в газетах заметки о Загадочном Незнакомце, который спасал кого‑нибудь из беды и тотчас удалялся с места происшествия, не ожидая благодарности и даже не сообщив свое имя. «Один из нас?» — спрашивал себя сэр Джон в таких случаях и предавался романтическим размышлениям о вездесущей охраняющей деснице Великого Белого Братства. Однако за время учебы в Оксфорде он проникся, хотя и не вполне осознанно, современным научным скептицизмом, и поэтому не совсем исключал возможность того, что рассказы Джоунза и его собственные предположения могут оказаться всего лишь красивым мифом. Ему оставалось только гадать и сомневаться, ибо никто еще не изобрел специальных очков, которые позволяли бы членам Незримой Коллегии безошибочно узнавать друг друга в толпе. Со временем сэр Джон понял, что завеса тайны намного плотнее, чем он себе представлял до вступления в орден. Если «Золотая Заря» на самом деле продолжала традиции Незримой Коллегии Креста и Розы, члены которой должны были «носить платье и принимать обычаи» страны, в которой жили, то у сэра Джона не оставалось ни малейшей возможности узнать своих братьев‑розенкрейцеров. Вскоре он обнаружил, что уже не только явные двусмысленности, но и даже самые глупые реплики заставляют его задавать себе тот же самый вопрос: «Один из нас?» Сколько же всего членов «Золотой Зари» путешествует по этой планете, тщательно скрывая свои знания и мудрость под маской серости и заурядности? Иисус смиренно принял плевки, побои, оскорбления и позволил себя распять; истинный же адепт «Золотой Зари» мог играть любую роль и терпеть любое унижение, выполняя свое «Делание». Дурак мог оказаться переодетым Магом. Снедаемый сомнениями, сэр Джон жадно прочитывал оккультные книги всех времен и народов, которые Джоунз приносил ему по десятку за раз. В конце каждого месяца Джоунз устраивал ему устный экзамен, чтобы проверить, насколько хорошо он усвоил прочитанное. — Но я ведь все‑таки христианин, — робко запротестовал сэр Джон однажды. — 36 —
|