Даже покойный Иоанн, митрополит Санкт‑Петербургский и Ладожский, отдавший дань разговорам о «внешнем воздействии» и «кучках заговорщиков», не удержался от горьких слов, рассуждая о мнимой вине пастырей: «Как легко и просто во всем винить иерархов! Главное – сам всегда остаешься чист и прав… Одумайтесь – хранителем благочестия в Православной Церкви является весь народ церковный, и никто не сможет избежать своей доли ответственности на Страшном Суде Христовом! Архиереи не с неба падают, и еще святитель Игнатий Брянчанинов (сто сорок лет назад) говорил, что бессмысленно винить духовенство в падении нравов и оскудении благочестия, если нет должного благонравия в самом народе» [83]. Все это без малейших натяжек можно отнести и к версиям о «кучке врагов внутренних и внешних». Жертвами волков становятся исключительно слабые и больные олени… «Позвольте! – может спросить дотошный читатель. – Вы хотите сказать, что в русской революции так‑таки и не было никакого внешнего влияния?» Отчего же, было. Версию с «германскими деньгами» я уже рассматривал подробно. Теперь обращусь к другим деньгам – тем, что давал революционерам американский еврей Яков Шифф. Начнем с того, что не он один – денежками большевиков снабжали и исконно русские – Савва Морозов, Сытин, известный фабрикант Шмит (проникшийся революционным духом настолько, что сам устроил стачку на своей фабрике!) и еще многие, не имевшие ни малейшего отношения к еврейству. Вопрос следует поставить несколько иначе: какие цели преследовал Шифф и достиг ли он их? Цель Шиффа ясна: свобода и равноправие российских евреев. Была ли она достигнута в результате Октябрьской революции? Ни в малейшей степени! Мнимая свобода евреев обернулась свободой заключенного в концлагере. Раньше евреи сидели в «бараке усиленного режима», а потом их перевели на общий режим – только и всего. Дореволюционная культура евреев была бесповоротно разрушена, религия подверглась преследованию с тем же рвением, что и христианство, капиталисты‑евреи лишились своих заводов, банков и поместий, многим еврейским интеллектуалам вроде Пасманика и Жаботинского пришлось бежать за границу, спасаясь от вполне возможного расстрела. Евреев, выражаясь фигурально, переодели в казенное, обрили, сунули в руки винтовку и поставили в шеренгу «борцов за дело мирового пролетариата». Попутно некоторую их часть использовали в качестве иноплеменных карателей, не открыв ничего нового – именно так использовали швейцарцев во Франции, кипчаков – в Хорезме. Когда в кондотьерах минула нужда, коммунистические вожди (русские, переставшие быть русскими, и евреи, переставшие быть евреями) преспокойно поменяли евреев на мингрелов, а латышей – на дрессированных русских. Кстати, о возможности именно такого финала еще в 1921 г. писал в эмиграции Пасманик, умоляя евреев не обольщаться призраком равенства, предупреждая: используют и выбросят… — 386 —
|