С легкой руки вышеупоминавшейся троицы распространилось (и впоследствии без малейших поправок перешло в советскую историографию) мнение, будто все эти указы дурачку‑Петру «подсовывали» мудрые приближенные, а он подмахивал не глядя. Однако уцелело достаточно документов, чтобы неопровержимо доказать: практически все реформы Петра были его личной инициативой, приходившей в голову не «вдруг», а после долгого изучения тех или иных вопросов, напряженной интеллектуальной деятельности. Не зря после смерти Петра эти «мудрые» приближенные как‑то враз растеряли «мудрость», зато Екатерина многие годы проводила в жизнь почти все намеченное Петром (разумеется, приписывая себе авторство). Ее почитатели (и прошлые, и современные) почти доходят до смешного. Уже цитированные Заичкин и Почкаев[86], надо отдать им должное, в своем толстенном труде старательно перечисляют реформы и нововведения Петра, однако делают ошеломляющее заключение: «Указы не принесли Петру III желаемой популярности». Не принесли?! Лучшее свидетельство популярности Петра в простом народе – прямо‑таки фантастическое количество самозванных Петров Федоровичей, на порядок превосходящее число двойников каких бы то ни было иных венценосных особ. Мало того, даже за пределами Российской империи использование имени Петра приводило к любопытнейшим результатам… Один из предводителей восстания чешских крестьян в Австрийской империи (1775 г.) выдал себя за… «русского принца». Знаменитый Степан Малый, балканский самозванец, выдавая себя за Петра III, стал правителем Черногории (а впоследствии дошло до того, что появился… Лжестепан Малый!) Если это не популярность, что же такое популярность вообще? ЯнычарыУ цитировавшейся выше фразы Карамзина есть продолжение: «…Строгий суд истории, без сомнения, его упрекнет во многих ошибках, но та, которая его погубила, звалась – слабость». Не столько «слабость», сколько – «благородство». Петр III проиграл Екатерине исключительно из‑за самых привлекательных сторон своего характера – благородства, доброты, гуманности. Простодушно полагая, что коли уж он законный государь, опасаться ему нечего, Петр попросту забыл, что находится в России, где способен выжить и удержаться на троне только самодержец, не боящийся проливать кровь… Зато Екатерина, даром что чистокровная немка, это прекрасно помнила. И сподвижников себе подобрала соответствующих. По сути, совершенный ею переворот мало чем отличается от поведения современной вульгарной бабенки, вздумавшей оттяпать при разводе мужнину жилплощадь, – разница только в масштабах… — 352 —
|