Терапевт: Так и улыбаться вы тоже будете: внешняя часть ваша улыбается, а внутренняя плачет. И у вас внешне одно, а внутренне — другое. К вам подходит человек, боюсь сказать это слово, но, может, даже мужчина (клиентка тихо смеется), и видит, что вы улыбаетесь, а на самом деле вы понимаете, что он дурак, вы только вроде бы улыбаетесь, а на самом деле не улыбаетесь, а плачете про себя. А он делает вид, что видит, как вы улыбаетесь, а вы видите, какой он дурак. (Клиентка смеется и одновременно плачет, закрываясь руками.) Вы сейчас плачете внешне, а может, внутренне улыбаетесь. Оксана: Вы знаете, чего мне хочется? Чтобы вы сказали, что мне нужно. Мне хотелось бы, чтобы кто-то за меня нес ответственность. Хотя бы немножко... Терапевт: За такую двойственную нести ответственность? (Клиентка смеется.) Нести ответственность за какую вашу часть? За ту, которая плачет, или ту, которая смеется? А почему это вас смущает? По-моему, замечательный образ: одна часть плачет, другая из рогатки целится. И смеется. И норовит попасть в глаз. Тому дураку, который поверит, что вы плачете. (Клиентка смеется.) Совершенно замечательные персонажи. Обычно, каков человек, такова и тень. А у вас по-другому: есть человек, а тень от него — обезьянка. Когда человек плачет, обезьянка хихикает. И в рогатку играется. Когда, наоборот, человек смеется, тогда его тень печальна, грустна и совершенно несчастна. Так получается? Когда вы говорите об одиночестве, вы имеете в виду, что одна ваша часть не может встретиться с другой вашей частью. Тень с вашим параллельным персонажем? Оксана: Вы знаете, мне очень много времени приходится тратить на то, чтобы соответствовать чужим ожиданиям. Или делать вид, что я им соответствую. Терапевт: А в нашем разговоре вы соответствуете каким-либо ожиданиям? Оксана: Стараюсь. Терапевт: А у меня никаких ожиданий нет. Оксана: Не знаю. Я себя ловлю на мысли, что я делаю не то, что хочу на самом деле. Терапевт: Это обезьянка этого хочет или вы? (Клиентка тихо смеется, вытирает нос платком, молчит.) Терапевт: Вообще классно — смеяться сквозь слезы. Это то, что доктор прописал. Одновременно и смеешься, и плачешь, и не нужно притворяться, что у тебя всего одна эмоция. (Клиентка смеется.) Представляете, как здорово, сразу две-три эмоции в одну посуду, и тогда гораздо меньше сложностей. Вам только осталось сказать, что вы простая, как грабли. (Клиентка смеется.) Что все это вообще не про вас. Что вы и смеетесь понарошку, и плачете понарошку, и из рогатки стреляете понарошку, а на самом деле вы простая, как грабли, и вообще не здесь, а где-нибудь там, в углу, висите под потолком и на все на это смотрите. Как вы думаете? — 222 —
|