Весьма влиятельной силой на левом фланге российского политического спектра была партия социалистов-революционеров (эсеров). Еще в 1890-е гг. возник ряд организаций, ставивших своей задачей возрождение традиций революционного народничества (Северный Союз социалистов-революционеров, Южная партия социалистов-революционеров и др.). В 1902 г. на базе этих организаций и была создана партия социалистов-революционеров. Программа эсеров являла собой сочетание марксистских и народнических установок. Эсеры выступали за реорганизацию общества на социалистических началах и уничтожение частной собственности. Бижайшие требования их программы совпадали с программой-минимум РСДРП, однако в отличие от социал-демократов они выступали за национализацию земли и уравнительное землепользование. Движущими силами революционных преобразований эсеры считали пролетариат, трудовое крестьянство и революционную интеллигенцию. К числу важнейших средств политической борьбы эсеры относили террор. Еще в 1901 г., т. е. до оформления партии, один из ее основателей, Г. А. Гершуни, приступил к созданию боевой организации. Под руководством Гершуни, а после его ареста — Е. Ф. Азефа, являвшегося, впрочем, провокатором и ведшего двойную игру, эсеры осуществили накануне Первой русской революции ряд успешных террористических актов (убийство в 1902 г. министра внутренних дел Д. С. Сипягина, а в 1904 г. — его преемника В. К. Плеве и др.). Рубеж XIX–XX вв. стал в известном отношении поворотным пунктом в развитии либерально-оппозиционного движения в России. На политическую сцену вышел так называемый новый либерализм, утративший, в частности, свойственный либерализму первых пореформенных десятилетий преимущественно земско-дворянский характер. Быстрая модернизация страны обусловила рост численности интеллигенции, которая, включаясь в оппозиционное движение, и стала носительницей идей «нового либерализма». В отличие от «старых» «новые либералы» были более радикальны в своих программных и тактических лозунгах, менее склонны к соглашению с властью. Именно их имел в виду выдающийся русский философ С. Л. Франк, отмечая такие характерные для умонастроения представителей либеральной оппозиции начала XX в. и роднящие их с социалистами черты, как готовность считать «всех управляемых добрыми и только правителей злыми», нежелание осознавать «зависимость всякой власти от духовного и культурного уровня общества и, следовательно, ответственности общества за свою власть», веру «в легкую осуществимость механических внешних реформ чисто отрицательного характера и целительность простого освобождения народа от внешнего гнета власти…» — 316 —
|