Комментарий Различие между двумя когнитивными моделями зависимости не так велико, как здесь представлено. Наша модель допускает, что эмоции могут служить пусковым механизмом (не причиной тем не менее) к употреблению наркотиков, а другая модель допускает, что успокаивающие убеждения (например, позволение себе использовать наркотики и т. д. — наши 42 убеждения), скорее всего, подталкивают клиента поддаться соблазну (Liese & Franz, 1996). Главное отличие двух моделей состоит в том, что мы уделяем основное внимание тому, что говорит себе клиент после того, как он ощутил желание, а не до этого. Для пациентов с тяжелой формой зависимости все, что нужно для того, чтобы ощутить потребность в дозе, — это время. Тело наркомана привыкает к определенному уровню наркотика, и когда этот уровень падает, возникает желание. Зависимым клиентам не нужно быть тревожными, подавленными, скучающими, сердитыми, расстроенными или находиться в кризисе, чтобы злоупотреблять наркотиками, все, что им нужно, — это желание. Личное замечание. Я хорошо представляю реакции отдельных читателей на представленное нами когнитивное лечение пациентов с тяжелой химической зависимостью. Такой была и моя реакция первые 15 лет моей карьеры до того, как мне довелось погрузиться в программы лечения от наркотической зависимости, до того как я встретил Пэт. Я использовал когнитивную терапию в работе со злоупотребляющими наркотиками клиентами в течение многих лет. Для многих она оказалась действенной. В начале своей карьеры я не делал различия между лечением злоупотребляющих и лечением зависимых клиентов. Когнитивные техники помогали почти всем. Но когда я начал работать в клинике по лечению алкоголизма и наркомании, то обнаружил, что стандартные когнитивные техники, которые работали раньше, казалось, делали этим пациентам только хуже. Пациенты в таких клиниках показывали в различных тестах на химическую зависимость результаты выше средних на два стандартных отклонения. Они потеряли семью, работу, денежные средства, физическое здоровье, многие из них были бездомными и жили на улице. Когда я пытался помочь этим пациентам снижением их негативных эмоций, это давало им оправдание для того, чтобы продолжать употреблять наркотики. Они говорили: «Я зависим, потому что у меня есть эмоциональные проблемы. Когда я решу их, я брошу пить». Пэт научила их думать: «Черт с моими эмоциональными проблемами. Они появились у меня, потому что я 20 лет пил и употреблял наркотики. Сначала мне нужно их бросить, прямо сейчас] Об остальном я побеспокоюсь позже». — 317 —
|