Прежде чем лечь спать, я отослал Джангли передать Моти полученные нами сведения. Говорил я при этом с ним на рамаси. – Странный какой язык! – удивился джемадар гонцов. – Впервые слышу! – Это язык телугу, – отвечал я непринужденно. – Два года назад я купил этого парня по дешевке в Хайдарабаде; он понимает мой язык хинди, хотя говорить сам так и не научился. Возможно, мое поведение было не совсем благоразумно, однако я проделал все с таким невинным видом, словно приказал слуге выполнить какое-то мелкое поручение, не более. Кстати, я и впрямь велел ему обязательно купить по дороге обратно немного табаку и передать мне его так, чтобы это видели все. Джангли вернулся очень быстро. Он сказал, что все готово и что отряд лучших наших людей отправится завтра в путь еще затемно, чтобы идти перед нашим отрядом, а остальные последуют вслед за нами. Я остался весьма доволен тем, как складываются дела, и был готов поспорить с кем угодно на все свое состояние, что смогу уничтожить гонцов самое позднее через три дня. Мы вышли в путь утром и в течение двух последующих дней не видели никого из наших людей. Впрочем, я не сомневался, что они появятся вовремя и не вызовут подозрений у наших жертв. На четвертый день похода мы завидели своих товарищей: мы обогнали их, и я, нарочно приотстав немного, узнал у них, что остальные люди из нашего передового отряда опережают нас на один переход и присоединятся к нам частями сегодня и завтра. Все шло как надо. В следующей деревне, где мы сделали привал, к нам присоединилось четверо – те самые, которых мы опередили по дороге. Теперь нас было девять, а гонцов – восемь, и я стал прикидывать, нельзя ли уже прямо сейчас убить их, неожиданно напав на наши жертвы при первой возможности. Впрочем, это было крайне опасно, поскольку гонцы были сильнее и крепче, чем мы, несомненно лучше нас умели обращаться с оружием и при этом все время были настороже. Назавтра к нам присоединились остальные наши люди, причем мне с большим трудом удалось уговорить гонцов дозволить им идти дальше с нашим караваном. Руккеры заявили, что брать попутчиков – против их правил и если их хозяева узнают об этом, то они лишат их, бедных гонцов, своего доверия и работы. — 151 —
|