Российские исследователи В. В. Виктюк и С. А. Эфиров считают, что дать определение терроризму вполне возможно. Во-первых, нужно четко различать употребление понятия «терроризм» в прямом и переносном смыслах, например, «экономический терроризм», «информационный терроризм» и т. п. Во-вторых, необходимо отличать терроризм от других форм и методов вооруженного насилия, террористический характер которых сам по себе не очевиден. В-третьих, определение терроризма должно включать не только признаки, объединяющие его с другими формами насильственных действий, но и, прежде всего, те «специфические характеристики, которые отделяют террористическое насилие от нетеррористического»[181]. Терроризм неотъемлемо связан с другим, более узким понятием, а именно — понятием террористического акта. Террористические акты всегда направляются против личности, группы людей и т. д. И здесь возникает необходимость разграничить такие понятия, как «террор» и «терроризм», которые, как уже отмечалось, нередко рассматриваются как равнозначные. Часто в отечественной литературе последних лет говорится о понятии «террор». Террор — это всегда насилие для достижения политических целей, даже тогда, когда оно связано с самопожертвованием. Террористам нередко внушается мысль о том, что жертвуя своими жизнями во имя справедливости, они искупают грех убийства или того более, действуют в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости. Именно поэтому терроризм нуждается не только в изучении, но и в правовой оценке. В этой связи важная роль в противодействии терроризму принадлежит законодателю, от способности которого дать точное описание терроризма и отдельных его проявлений зависит не только решительность и уверенность в своей правоте тех, кто находится на переднем крае борьбы с терроризмом, но и судьба тех, кто заблудился в поисках справедливости. Современный терроризм изначально транснационален. Поэтому исследование не может быть полным, если не рассматривать феноменологию международного терроризма[182]. По мнению В. Е. Петрищева, до сих пор не решена проблема разработки универсальной дефиниции понятия терроризма. Перспективным ему представляется подход, при котором исследователи стремятся определить терроризм как системный многоаспектный социально-правовой феномен. В плане юридических оценок терроризма обозначился достаточно эффективный путь его идентификации как совокупности преступлений террористического характера. Преступления террористического характера согласно российскому Федеральному закону «О борьбе с терроризмом» — это преступления, предусмотренные ст. 205 УК РФ — терроризм, ст. 206 — захват заложников, ст. 207 — заведомо ложное сообщение об акте терроризма, ст. 208 — организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем, ст. 211 — угон судна или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава, ст. 277 — террористический акт, ст. 360 — нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой, и другие, совершаемые с террористической целью. — 191 —
|