Этим малоутешительным для сэра Джона эпизодом все могло бы и закончиться, если бы не вмешалась таинственная третья сила. Некто Джордж Сесил Джоунз из Лондона написал сэру Джону письмо, в котором одобрительно отзывался о первом письме сэра Джона в «Исторический журнал» и уверял его в том, что все его теории абсолютно верны, хотя для их полного доказательства и не хватает некоторых исторических документов. «Подлинная традиция каббалистического масонства, — утверждал в своем письме Джоунз, — все еще жива в некоторых ложах, особенно в Баварии и Париже. И даже в Лондоне, причем всего несколько лет назад, существовала ложа, члены которой обладали истинными тайными знаниями». Сэр Джон незамедлительно отправил мистеру Джоунзу в высшей степени учтивое ответное письмо, в котором между прочим интересовался, что еще тому известно о масонской ложе в Лондоне, якобы унаследовавшей учение и традиции Незримой Коллегии Креста и Розы (основанной суфийским мудрецом Абрамелином, который через Авраама передал свое учение Христиану Розенкрейцу, который похоронен в Пещере Иллюминатов, которая, согласно исследованию сэра Джона, находится где‑то в Альпах, что бы ни утверждал по этому поводу чертов шотландец Макнотон). Через неделю сэр Джон получил ответ — не менее учтивое письмо, в котором Джоунз предлагал встретиться в Лондоне и обсудить все волнующие сэра Джона вопросы за ужином «в благоприятной обстановке, где им никто не сможет помешать». Сэр Джон написал, что будет в Лондоне в следующий четверг. Следующая неделя была дождливой, и в поместье Бэбкоков царила сырость, поэтому сэр Джон не выходил из дома и большую часть времени провел в своей библиотеке, вчитываясь в старинные герметические и розенкрейцерские трактаты и ломая голову над загадочными словами и фразами тех, кого он считал посвященными в тайное учение каббалистической магии. Он перечитал «Алхимическую свадьбу Христиана Розенкрейца», эту странную смесь христианских и египетских аллегорий; енохианские тексты, которые доктор Джон Ди якобы получил от некоего сверхчеловеческого существа в эпоху Елизаветы I; полного загадок и тайн «Торжествующего зверя» Джордано Бруно, а также книги Бэкона, Людвига Принна и Парацельса. Снова и снова он встречал явные или скрытые упоминания о загадочной Незримой Коллегии, состоящей из Тайных Вождей — достигших просветления мужчин и женщин, которые будто бы тайно вершат судьбы мира. Снова и снова он спрашивал себя, стоит ли этому верить. За эти несколько дней сэру Джону по меньшей мере три раза снилась его будущая встреча с Джоунзом, причем в мельчайших подробностях. В этих снах Джоунз неизменно представал перед ним в остроконечной шапке средневекового мага и мантии с орденом Святого Георгия, на котором были выгравированы какие‑то необычные астрологические знаки. Он вел сэра Джона вверх по темному холму к странному и рассыпающемуся от старости готическому сооружению, которое представляло собой нечто среднее между аббатством и замком. Это зловещее сооружение (и сэр Джон понимал это даже во сне) было чем‑то вроде ожившей книжной иллюстрации — одновременно и Башней Погибели из легенд о Священном Граале, и Темной Башней, к которой направлялся Роланд. Как ему было известно из легенд и сказаний, внутри этой башни были собраны все его страхи. Он знал, что должен пройти ее, чтобы получить то, к чему стремится каждый розенкрейцер: Философский Камень, Эликсир Жизни, Лекарство для Металлов, Истинную Мудрость и Совершенное Счастье. Но всякий раз, как только дверь башни отворялась перед ним и оттуда доносилось жужжание, напоминающее жужжание мириад гигантских пчел, он тотчас же просыпался от страха. — 19 —
|