Холэ гордо представила Ярав Окину. Он сдержано кивнул. - Можешь помочь сшить дверь? - Сшить можно всё, даже абажур для луны, если для кого-нибудь она светит слишком ярко… К вечеру дверь была готова. Дверная коробка (так ли она должна называться, если она круглая?) получилась не очень ровной и поэтому её скрывали с обеих сторон мягкие разноцветные валики с оборочками. Сама дверь была похожа на лоскутное одеяло, правда в весьма сдержанных тонах. Она закрывалась на дугообразный ряд больших пуговиц с накидными верёвочными петлями, но для тех, кто спешил, с другой стороны была зубастая синяя молния. Холэ вошла четыре раза и осталась наконец внутри вместе с Ярав. Они занялись обстановкой. Вместо кроватей было решено делать гамаки. Зелёный, желтый, синий, синий в белую полоску, красный в пёстрых цветах, чёрный для мрачных типов и извращенцев… И любимый Холэ - странного розово-сиреневого цвета, который Ярав называла вересковым. Холэ уже засыпала в нём, а Ярав всё шила и шила, затягивая через окно мягкий мох и тёплый закат. Надеюсь, Вы знаете как это приятно засыпать под жужжание швейных машинок… Надеюсь. А то опять не знаю, как это объяснить. Холэ проснулась и услышала, как Окин возится с чем-то у самой двери. - Что ты там делаешь? - Я делаю крыльцо. Сделаю и приду в гости. Холэ посмотрела во все окна по очереди, чтобы ни одно не обидеть. Окна опоясывали дом, как елочная гирлянда. Все были небольшими и достаточно кривыми, чтобы быть настоящими. Чудесно, что они были слюдяные, а не стеклянные. Раньше такие были. Они не ровные, волнистые и поэтому через них смотреть интереснее. Больше всего Холэ нравилась в Окине его уверенность. - Слушай, Окин, Откуда ты всё это знаешь? Разозлился. Он был занят. Всё подбирал и подбирал ветки для перил крыльца. А Холэ делать было нечего. Она решила сдержаться и больше не спрашивать. Но вопрос взял, да и просочился сквозь зубы. - Ну это… всё… как… откуда… - Я не знаю. Я слушаю. – пробурчал Окин Холэ похоже решила сумничать: - Сердцем? - О, Боже, Холэ. каким ещё сердцем? Ушами. Я слушаю ушами…. Всё. Он отступил и стал рассматривать сначала перила, потом крыльцо, дверь, стену, крышу, Дом целиком. - Всё. Дом – главное в любом мире. У тебя теперь есть. Дальше сама. Мне пора отдохнуть. И он стал собирать рюкзак. - Но ещё так много всего! -Я же сказал: дальше сама. - Ладно. Спасибо! Приходи! Улыбка на некоторое время соединила уши Окина, они приветливо качнулись и снова стали серьёзно неподвижными. Янес Холэ тоже устроила себе кучу отдыха. Потом позанималась разными перемещениями растений… Потом придумала и построила баньку. Уже сама без Окина. Чем очень гордилась. Ещё она нашла кучу всего интересного в окрестностях… — 20 —
|