Екатерининская эпоха ознаменовалась крупными переменами в организации аппарата управления Российской империи. Важнейшей из них стала реформа областной администрации, проведенная во второй половине 1770 — начале 1780-х гг. Уже в Уложенной Комиссии депутаты от различных сословий резко осуждали произвол местных властей, их неспособность эффективно выполнять свои обязанности. Приступив к радикальной перестройке областной администрации, Екатерина II рассчитывала реализовать в ходе реформ идеи, навеянные ей знакомством с трудами философов-просветителей, с опытом функционирования английских государственных институтов. Слабость и неэффективность существовавшей системы местного управления были продемонстрированы самым убедительным образом во время восстания под руководством Емельяна Пугачева. Правовую основу реформы заложил изданный в 1775 г. особый законодательный акт — «Учреждения для управления губернией Всероссийской империи». В соответствии с ним, прежде всего, вносились изменения в административно-территориальное деление России. Губернии уменьшились в размерах, а число их соответственно увеличивалось (с 23 до 50), что должно было способствовать усилению надзора за населением со стороны местной администрации и в целом создать более благоприятные условия для эффективной работы правительственного аппарата. Губернии делились на уезды. Промежуточная территориальная единица — провинция, таким образом, упразднялась. В каждой губернии должно было числиться от 300 до 400 тыс ревизских душ, а в уезде от 20 до 30 тыс. Реформа 1775 г. внесла существенные изменения в саму организацию местного управления. Во главе каждой губернии должен был стоять наместник (генерал-губернатор), получивший широкие полномочия и отвечавший за свои действия только перед верховной властью. На практике наместники назначались императрицей для управления сразу несколькими губерниями; главой же собственно губернской администрации являлся губернатор, при котором функционировал специальный коллегиальный орган — губернское правление. Финансово-хозяйственными делами в масштабах губернии занималась казенная палата, руководимая вице-губернатором. Реформа 1775 г. создала в каждой губернии совершенно новое, не имевшее каких-либо аналогов в прошлом учреждение — Приказ общественного призрения. Он заведовал школами, медицинскими и благотворительными учреждениями (больницами, богадельнями, сиротскими домами и пр.), «работными» и «смирительными» домами. Вдохновляясь учением Ш. Монтескье о разделении власти, Екатерина II попыталась в ходе реформы 1775 г. отделить на местах суд от администрации путем создания особой системы судебных учреждении. Судами высшей инстанции в пределах губернии являлись палаты уголовного и гражданского суда. Ниже их стояли сословные суды — верхний земский суд (для дворян), губернский магистрат (для горожан), верхняя расправа (для государственных, экономических и дворцовых крестьян, ямщиков и однодворцев). Члены этих судов (заседатели) избирались соответствующими сословиями. Впрочем, заседатели верхних расправ комплектовались обычно из дворян. В результате реформы в губерниях создавались также совестные суды. В их задачи входило рассмотрение различных гражданских тяжб с целью примирения сторон, а также возникавших еще дел о колдовстве, в которых Екатерина II в духе века Просвещения видела лишь «глупость, обман и невежество». Наконец, совестные суды могли разбирать обращения лиц, взятых под стражу, если им в течение трех дней не предъявлялось какое-либо обвинение. Таких лиц совестной суд имел право отпускать на поруки, однако при том условии, что они не подозревались в совершении особо тяжких преступлений (оскорбление верховной власти, измена, убийство и т. п.). Призванные гарантировать неприкосновенность личности, защищать ее от произвола администрации совестные суды на практике не сыграли в этом отношении сколько-нибудь заметной роли. Соответствующие юридические нормы плохо работали в условиях самодержавно-бюрократического строя, отсутствия на внутрироссийской политической арене каких-либо крупных общественных сил, способных эффективно контролировать деятельность государственной машины. — 195 —
|