Человеческая жизнь не поддается короткому определению, но многие люди упорно стараются найти универсальное объяснение своему существованию. Иохим Махадо де Азис, писатель XIX века, писал: “У цивилизованных людей [эпитафия] — это выражение тайны... Эгоизм подстегивает человека ...рискнуть, чтобы спасти от смерти хотя бы частицу души...” Идея спасения “хотя бы частицы души”, чего-то, что могло бы зафиксировать их существование, заставляет многих наших пациентов тратить жизнь на поиски реальных критериев, так как они страшатся расплывчатости существования. Такая расплывчатость часто воспринимается как нарушение целостности человека. Представление об очерченности “я” люди могут получить, устремляясь к упрощенной “сумме” самих себя. Часто они не могут понять, что правильно, а что неправильно, потому что не осознают, каким образом “суммируют” самих себя или как мало может дать такое суммирование. Концепция собственного “я” не только помогает увидеть эту проблему, но также дает новое руководство для реконструкции обобщенных выводов человека. Однако, в противовес множественной природе “я”, идея единственного образа самого себя сохраняет свою привлекательность. В 1994 г. газета “Нью Йорк Таймс” опубликовала результаты опроса, в котором участвовало 1136 человек. Участникам опроса предложили определить себя одним словом. Некоторые люди были сбиты с толку этим вопросом, другие быстро находили нужное слово. Джесси Джексон назвал себя “кто-то”, Мартина Навротилова сказала, что она “добрая”, Марио Кьюмо — “участник”, Маргарет Этвуд — “неописуемая”, а Микаель Кинсли сказал, что это дурацкий вопрос. Тем не менее автор статьи признал, что подобный опрос имеет свои ограничения (Barron, 1994). Для некоторых людей такое исследование — не что иное, как отчаянные попытки собрать воедино разрозненные части самих себя. Другие всерьез пытаются найти гармонию в своих поступках, опираясь на свои самые достойные качества. Все это мы можем часто наблюдать и в терапии. Я хочу привести несколько строф стихотворения, написанного одним из моих пациентов: Она смотрит сквозь вуаль, ею сотканную, Сквозь нити своих будней, Воздвигая стропила и цепляясь за них, В попытках достичь рая. Но сети слишком тесны, Они не отпускают ее, И она приходит в смятение, И падает... куда-то... на бренную землю. Каков порог простых переживаний, “нити будней”, когда они становятся частью “я”? Что это может быть? Резкое замечание, страшная собака, сломанная игрушка, похвала учителя за хороший ответ, автомобильная авария, увиденная из окна? Эти события часто проходят стороной и не оказывают заметного влияния на жизнь, поэтому они нейтрализуются и находятся ниже уровня, необходимого для формирования “я”. Но существуют множество более сильных переживаний, у которых больше шансов быть зафиксированными: ранние воспоминания о старших обидчиках, захватывающие истории, рассказанные дядей-моряком, летние каникулы, упреки в нерадивости, похвалы, восторги, возмущение. — 12 —
|