И то же самое нужно сделать со всеми эмоциями. Вы почувствуете постепенно, что когда вы стараетесь гневаться, вас будут охватывать разные эмоции. Сначала вы будете гневаться, потом внезапно вы начнете плакать, ваш плач будет идти из ниоткуда. Гнев расслабляет, высвобождает, вы соприкасаетесь с другим слоем вашего бытия, с другим грузом печали. За любым проявлением гнева стоит печаль, слой печали. Когда гнев высвобождается, вы чувствуете печаль. Высвободите эту печаль, и вы начнете плакать, рыдать. Плачьте, рыдайте, пусть текут слезы. В этом нет ничего плохого. Слезы — это самое красивое явление в мире: они так расслабляют, так оживляют. И когда слезы высохнут, внезапно вы увидите другую эмоцию: где-то глубоко внутри вас начнет распространяться улыбка, потому что когда печаль высвобождается, вы начинаете чувствовать себя счастливыми, гладкими, тонкими, нежными. Это будет подниматься в вас, будет бурлить, распространяться по всему вашему бытию. И тогда вы увидите, как смеетесь впервые. Это будет утробный смех. Так смеется Свами Сардар Гурудайял Сингх. Это утробный смех. Учитесь этому у него. Он в этом ашраме - наш греческий Зорба. Учитесь у него, как смеяться. До тех пор, пока ваш живот не будет бурлить от смеха, вы не сможете смеяться по настоящему. Люди смеются головой. Но они должны смеяться животом. После того, как высвобождается печаль, вы увидите, как надо смеяться правильно, вы увидите, как в вас будет разрастаться смех, сумасшедший смех. Вы становитесь как будто одержимыми и громко смеетесь. И после того, как смех ушел, вы почувствуете свет, легкость, полет. Сначала это появится в ваших снах, потом появится и в пробужденном состоянии. Вы увидите, что больше не ходите, а летаете. Да, Честертон прав: ангелы летают потому, что легко относятся к себе. Относитесь к себе легко. Эго относится к себе очень серьезно. И возникает трудность. Эгоистичные люди очень сильно интересуются религией. И на самом деле, они практически не способны стать религиозными. Только те люди, которые не серьезны, способны стать религиозными, но они не интересуются религией. Поэтому в мире возникает такой парадокс. Серьезные люди, больные и печальные, твердолобые, слишком погруженные в голову, очень сильно интересуются религией, потому что религия дает им возможность больше всего насладить свое эго. Они делают что-то такое, что не принадлежит этому миру, а все остальные занимаются мирской деятельностью: это материалисты, и они их осуждают. Все пойдут в ад, только эти религиозные люди пойдут в рай. Они чувствуют себя очень большими из-за того, что это усиливает их эго. Но это те люди, которые не могут стать религиозными. Это те люди, которые разрушили все религии мира. — 362 —
|