А вы какую-то рекламу запланировали без всякого понимания! Это неразумно, и от всего такого надо пока отказаться. Вы можете меня упрекать, но я буду твердо стоять на своей позиции, потому что это – моя работа! – Слушай, она действительно важные вещи говорит, ведь права, а? – откликнулся Безбашнев, обращаясь к Пионерогероевой. – И где ты их, таких умных, берешь? – Спасибо, – Правдолюбова было лаконична в совей благодарности. – Надеюсь, я вас убедила. После ухода президента в каморке разгорелись нешуточные страсти. Вострикова была возмущена, что такие оценки ее работе дает новый человек, пусть и профессиональный профурсетолог. – Вы, может быть, и правы с точки зрения профурсетинга, но вы же не должны вот так – все под нож. Мы не профессионалы, но делали то, что могли. Нам было трудно, потому что каждое подобное решение надо было протаскивать через кучу согласований, еще и каждый норовил свои палки в колеса вставить – мало одного Безбашнева, которому в любую деталь надо вникнуть, так еще и Бейбаклушкина лезет во все. Она же вообще зарубила варианты каталогов, которые они выполнили. А вы говорите – отставить! – Я вовсе не хотела свести к нулю ваши усилия, – попыталась исправить ситуацию Правдолюбова, – я ведь о том, что ваши очень благие побуждения, вполне искренние, я их так расцениваю, наносят сейчас существенный вред компании. Тут не выдержала Гойда: – Что вы об этом будете говорить, когда вы вообще тут никто, и еще неизвестно, как сложится ваша карьера. Вы не боролись в этих условиях, вы не знаете всех трудностей, вы пришли, когда вам тут все расписали и подготовили. Вы не имеете права так говорить. – Да? – взвилась Правдолюбова. – Я-то очень хорошо знаю, что такое борьба за выживание и нелояльность к тебе руководителей, я и не через такое прошла! Только вы здесь, в отличие от меня, уже сто лет, и с вас как спрашивали сквозь пальцы, так и будут спрашивать – вы свои. А я на испытательном сроке, и когда он у меня закончится, меня заказчик спросит – где результат? А я покажу ему эту неграмотную рекламу? Все будут в белом, а я понятно в чем?! Значит, я отказываюсь тащить на себе то, что планировалось без меня и планировалось неграмотно. Если вы хотите сорвать исследования, толкайте вашу рекламу, куда хотите. Вам деньги было некуда засунуть и вы таким проходимцам огромные суммы выплачивали, а я должна сейчас с этим разбираться?! Не выйдет! Пионерогероева решила прервать дебаты. – Так, госпожа Гойда, умерьте пыл. Наш директор по профур-сетингу не обязана расхлебывать ваши прошлые проблемы – ее пригласили заниматься будущими. Тем паче, она менее всего хотела принизить ваши достижения. Безусловно, всю историю она знает и отдает должное вашему мужеству и героизму. А госпоже Правдо-любовой придется поучиться более четко выражать свои намерения и перестать тянуть одеяло на себя: ваш испытательный срок – ваши личные трудности. Его проходили или проходят все. — 125 —
|