В данном случае ребенок действовал целенаправленно, но его восприятие действительности было нереалистичным, задача была нерешаемой, если учесть возраст ребенка и состояние шнурка. Можно считать, что состояние гнева у ребенка было нормальной реакцией на нарастающую фрустрацию. Более важно рассмотреть здесь позицию отца. Его поведение мы расцениваем как безобразное и нерациональное. Что хорошего можно сказать о человеке, который ударил ребенка? Если бы этот отец попал на консультацию к психологу — последователю Роджерса, то психолог стал бы вникать во все детали. Ситуацию обязательно обсудили бы с точки зрения эмоционального фона, и, возможно, отец вспомнил бы другие случаи, когда он терял терпение. Углубленно изучая ситуацию, психолог мог бы узнать, что этот день у отца был трудный и безуспешный, что отец — одинокий родитель, что его самого били в детстве. Такой психолог уделил бы больше внимания переживаниям отца и его непростой жизни, чем самой ситуации. Он подчеркнул бы позитивный элемент в поведении отца, стремился бы понять и принять негативное поведение. Применив позитивное рассмотрение, мы увидим, что поступок отца, шлепнувшего ребенка, такой же естественный результат фрустрации, как и у сына. Конечно же такую интерпретацию нет смысла высказывать. Скорее всего, психолог попытается передать отцу веру в то, что тот сможет стать более самоактуализирующимся, если он сделает такой выбор. Интересно сравнить такой подход с приемами психолога-фрейдиста, которого заинтересует, почему отец вел себя так (обычно это сопровождается явным и целенаправленным раскрытием картины детства) и со стилем психолога-бихевиориста, который будет составлять план действий с отцом на случай очередной вспышки гнева. Точно так же мужья, которые бьют жен, дети, безобразничающие в школе, люди, которые занимаются обманом и воровством — все они имеют позитивные резервы личности. Если терапевт сможет понять их мировосприятие, то положительные черты сразу проступят. После этого можно ожидать, что пойдет естественный процесс оздоровления, человек изменит свое поведение и его восприятие мира получит более позитивную направленность. Для того, чтобы войти в мир клиента, жизненно необходимы навыки внимания и выслушивания (глава III), также, как и качественная эмпатия (глава IV). Предполагается, что, если человека понимают и готовы выслушать, он начинает двигаться в нужном направлении. Важный пункт роджеровской терапии — противоречие между реальным и идеальным образами Я. Человек хочет видеть себя хорошим и часто теряет реальное представление о себе в попытках представить себя идеальным. Это расхождение между мечтой и реальностью, между самовосприятием и восприятием других ведет к инконгруэнтности. Инконгруэнтность проявляют те состояния, когда человек уже не является самим собой. Отцу, который шлепнул ребенка, не хватает согласованности, и цель терапии — разрешить противоречие между идеальным и реальным Я, уменьшая тем самым напряженность и приводя к самоактуализации. — 238 —
|