В конце концов, психодрама — это активная и игровая форма психотерапии. Создание такой атмосферы веселья является задачей директора психодрамы, который, как мать ребенка, должен поощрять развитие группы и самого протагониста. И все же в психодраме есть потенциальный парадокс, так как наша игривость в терапевтическом театре может присутствовать даже в сценах, связанных с болью и мучениями, а порой и со смертью. Впрочем, нас не удивляет то, что мы идем в театр смотреть кровавые драмы “Кориолан” или “Макбет”. Игры детей порой полны слез, агрессии и страха, что кажется присущим всему человечеству. “Достаточно хороший” психодраматист Марша Карп перечислила те существенные свойства директора психодрамы, которые делают его “достаточно хорошим” для своей работы. Он должен: иметь твердый и оптимистический взгляд на потенциал группы; творить моменты, когда все становится возможным: директор в состоянии создать атмосферу волшебного творчества; обладать подлинным ощущением игры, удовольствия, свежести и уметь воплощать и юмор, и пафос; быть готовым рискнуть, уметь оказать поддержку, стимулировать, а иногда и провоцировать клиента на терапевтическую работу; уметь вызывать в других ощущение спонтанности и творческого полета, которые приводят к личностным изменениям*. Но как необходимы все эти качества для хороших родителей! Я считаю, что специфические отношения между директором психодрамы и протагонистом имеют много общего с теми особенными свойствами, которые присущи матери, играющей со своим ребенком. Директор обязан облегчить “игру” (в терапевтическом и театральном смысле), обеспечить контейнирование и удержание тревоги; кроме того, как и хорошая мать, он должен сделать возможными изменения и развитие в ходе игры. Однако хороший директор никогда не будет оказывать давление на протагониста, они оба должны расти в процессе совместной работы/игры. После насыщенной и успешной сессии вполне естественно услышать от протагониста: “На самом деле я и не заметил, что директор вообще был здесь. Я сознавал лишь присутствие моего отца, матери, брата и сестер!” Как и “достаточно хорошая” мать, “достаточно хороший” директор психодрамы создает (не без помощи группы) площадку, на которой играет протагонист, иногда позволяющий поиграть и другим (директору или вспомогательным “я”). Для нас как психодраматистов все сказанное выше не удивительно, ведь и сам Морено так представлял себе корни психодрамы, когда в 1911 году в Вене, в парке Аугартен, играл с детьми, всячески поощряя их фантазию и творчество. — 158 —
|