В 1874 г. развился кариес в левом коленном суставе, к которому вскоре присоединилась легочная чахотка. 2 декабря 1874 г. наступила смерть. Череп нормальный; лобная доля мозга атрофична, мозг вообще анемичен; микроскопические изменения (доктор Шюле): в верхнем слое лобной доли ганглиозные клетки несколько сморщены; в адвентиции сосудов много жировых зерен; glia (соединительная ткань нервных образований) не изменена, кое-где пигментные участки и коллоидные зерна. Нижние слои мозговой коры нормальны. Половые органы очень велики, яички малы, дряблы, на разрезе не изменены. Только что изображенный нами психоз полового превращения представляет в высшей степени редкое явление в патологии человеческой психики. Кроме предыдущего случая я наблюдал еще подобный случай как эпизодическое явление у одной дамы, страдавшей превратным половым влечением (наблюдение 118 в 7-м издании настоящей книги). Далее, как длительное явление я наблюдал подобный психоз у одной девушки, страдавшей прирожденной паранойей, и у одной такой же дамы. В литературе, кроме случая, о котором кратко сообщает Арндт, и случая, поверхностно описанного Серье (Serieux. Recherches cliniques. P. 33), а также двух известных наблюдений Эскироля, — я не могу припомнить никаких других описаний психоза полового превращения. На с. 303—304 я уже упомянул о той интересной зависимости, какая существует между этим психозом полового превращения и так называемым скифским помешательством. Марандон (Annales medico-psychologiques, 1877. P. 161), как и другие авторы, ошибочно полагал, что эта болезнь древних скифов представляла собой действительный психоз, а не простую эвирацию. Придерживаясь законов эмпирического анализа, нужно полагать, что психоз, который в настоящее время представляет большую редкость, встречался столь же редко и в древности. Так как он может развиться лишь на почве паранойи, то вообще не может быть и речи об эндемическом возникновении его; здесь могло быть только суеверное толкование эвирации (в смысле гнева богини), как это следует и из свидетельств Гиппократа. В антропологическом отношении примечателен тот факт, что, как это следует из так называемого скифского помешательства и из новейших наблюдений над индейцами пуэбло, исчезновение яичек ведет за собой атрофию половых органов вообще, а также физические и психические изменения в смысле приближения к женскому типу. Это наблюдение тем более интересно, что подобные изменения у мужчины, лишившегося половых органов во взрослом возрасте, столь же необычны, как у взрослой женщины после искусственного или естественного климактерия. — 250 —
|