Все эти события завершили переворот в мировоззрении маркиза. Материалист по убеждению, скептик и повеса, он до сих пор твёрдо был уверен, что всякий разумный человек сам устраивает свой рай на земле. И вдруг он почувствовал, что потерял почву под ногами. Перед ним раскрылся иной мир с его мрачными тайнами, неведомыми законами и силами; загробное существование человеческого «Я» обнаружилось с такой ясностью, что сомневаться, а тем более отрицать его уже стало невозможно. Маркиз был человеком умным и развитым, которого гангрена общественного растления, эгоизма и скудоумия сбила с толку, а не оскотинила. Придя к убеждению, что за пределами невидимого мира существует ещё н е ч т о, он захотел изучить это и накупил себе целую библиотеку сочинений по спиритизму, оккультизму, теологии и магическим наукам. По мере того, как перед ним раскрывался неизвестный дотоле мир, который был невидим грубому человеческому глазу, полный жизни, деятельности и страдания, любви и ненависти, благодарности и мести, по мере того, как новым светом озарились загробные тайны и ответственность души, а вместе с тем, намечались неизменные законы, управляющие судьбами людей, - ему становилось стыдно за своё прошлое и страшно перед той участью, которая ожидала его при наступлении неизбежного момента возвращения в мир иной. Естественным следствием этого нового миросозерцания и настроения явился строгий суд над самим собой, а затем созрело решение начать жизнь по-новому. В первый раз за пятнадцать лет он причащался и молился. Свой союз с Кирой он считал теперь предначертанием судьбы, которую следовало терпеливо нести; любовь к молодой жене всё же изменила свой характер, облагородилась и прониклась глубокой жалостью. Получи Кира не столь поверхностное воспитание, а более проникнутое истинным религиозным чувством, она не бросилась бы за ловлей мужа к колдунье. Так проходила зима. Со страхом и тревогой замечал маркиз быстрое угасание Киры и её отчаяние. Наконец, как-то она снова предложила мужу освободиться от неё и начать развод. - Нет, Кира, я тебя люблю и не оставлю никогда, - твёрдо ответил он. – Однако позволь тебе заметить, что предаваться угнетающему тебя отчаянию или ни к чему не ведущему возмущению, ты только усугубляешь тяжесть ниспосланного нам испытания. Крест, который мы несём, вполне заслужен. Я своей прежней разгульной жизнью и ты своим безрассудным поступком навлекли на себя злополучные злые силы, которые окружают нас. Молись, вместо того, чтобы отчаиваться, и милосердный Бог пошлёт нам своё спасение там, где мы меньше всего ожидаем. — 80 —
|