Многие европейские хронисты «отчего‑то» отождествляли пресвитера Иоанна с Чингисханом. Чингисхана, кстати, «отчего‑то» именовали и «царем Давидом» (на Руси хватало князей с именем Давид). «Некто Филипп, приор провинции Святой земли доминиканского ордена, – пишет современный историк, – принимая желаемое за действительное, отписал в Рим, что христианство господствует везде на монгольском востоке». Почему же – «принимая желаемое за действительное»? Так и обстояло. «Монгольским востоком» была Русь, вполне христианская страна. «Убеждение это (о существовании царства пресвитера Иоанна – А.Б. ). сохранялось долго и стало неотъемлемой частью географической теории позднего средневековья». Знаете, с кем, согласно европейским авторам, поддерживал «пресвитер Иоанн» особо теплые и доверительные отношения? С Фридрихом II Гогенштауфеном! Тем самым, что стал единственным из европейских монархов, кто не испытывал ни малейшей тревоги при известии о вторжении «татар» в Европу. Единственным, кто переписывался с «татарами» – иI, как показывает наша реконструкция, вел совместно с ними военные действия против папы. А некий аббат Одо из монастыря Сен‑Реми в Реймсе (1118–1151) писал своему знакомому графу Томасу, что находился в Риме, когда там пребывал патриарх из царства пресвитера Иоанна. Слишком много совпадений, вернее, взаимно подтверждающих друг друга доказательств. В сочетании с тезисом о том, что никаких монголов из Центральной Азии никогда на Руси не появлялось, а «Орда» была не более чем русским войском, информация о «царстве пресвитера Иоанна» как раз и становится завершающим штрихом картины. Иначе не объяснить, почему Европа более чем двести лет не сомневалась в реальности «Иоаннова царства». Можно допустить, что в Западной Европе XIII‑XV вв. плохо знали о происходящем в ОТДАЛЕННЫХ краях вроде Индии, Индокитая, Индонезии. Так и было. Но невозможно поверить, что западноевропейцы в те же времена получали в корне неверную информацию о том, что творилось на пространстве от польско‑русской границы до Уральских гор. Не забывайте: начиная века с десятого, в Киеве, Новгороде и Смоленске обосновались довольно крупные общины купцов чуть ли не из всех западноевропейских стран. То есть жили там постоянно на протяжении столетий. А любой купец в те времена (да и в более поздние) – это всегда еще и разведчик, обязанный поставлять не сплетни и сказки, а точную информацию – политическую, военную, торговую. Можно ли допустить, чтобы Западная Европа, располагая столь старой и отлаженной осведомительной сетью, двести лет принимала за «царство пресвитера Иоанна» орды диких кочевников? — 197 —
|