– Да нет, – объяснил Сергей. – Это был такой древний советский компьютер. Некоторые аксакалы говорят, что он даже когда-то работал. Иногда. Но я этого своими глазами не видел. – С лоджией – понятно, – очень терпеливо сказал папулька. – Я имею в виду планы на совсем недалекое будущее. – Ну, – опять задумался Сергей. – Свою NT на Windows 2000 хочу поменять. Говорят, что глюки в ней не смертельные. Мы вместе с папулькой одновременно скорчили очень похожие рожи. Я хотела было уже взорваться, но папулька мне сделал еле заметный знак – мол, не выступай, я сам разберусь. – Окей, – сказал папулька. – Тогда начинаю задавать наводящие вопросы. – Нет проблем, – твердо сказал Сергей. – А можно еще пива? – Пока нет, – так же твердо ответил папулька. – Ответишь на все вопросы – получишь пива. Не ответишь, будешь есть селедку, пока от жажды не помрешь. – Понял, – сказал Сергей. – Вернулись времена преследования первых христиан. "Хр-р-ристиа н пор-р-рвал кар-р-рман", – кокетливо сказал Бакланов. – А ты христианин? – заинтересовался папулька. – Неа, – ответил Сергей. – Я сионист. –Ух, ты! – непонятно чему обрадовался папулька. – А чего это вдруг? Ты же, вроде, не еврей. – При чем тут еврей? – удивился Сергей. – На «Си» все порядочные люди работают. Я имею в виду, конечно, «Си плас-плас», – поправился он. Папулька так и завис с открытой челюстью. Я поняла, что разговор опять коварным образом уходит в сторону. Наплевать мне на его вероисповедание, решила я, но от обсуждения свадьбы уходить я не позволю. – Папа! – почти закричала я. – При чем тут его вероисповедание? – Ну да, – очнулся папулька. – Короче, Серег, скажи мне, как мужчина – будущему тестю: ты жениться собираешься? – Собираюсь, – твердо ответил Сергей. – А можно мне еще пива? – Минутку, – ответил папулька. – Еще пару вопросов. Раз жениться собираешься, значит должна быть свадьба. Так? – Ну, это как посмотреть, – как-то лениво ответил Сергей. На кухне воцарилась жуткая тишина. Самое интересное заключалось в том, что виновник временного онемения всего коллектива нашей дружной семьи сидел себе как ни в чем не бывало, покусывал тостики и вертел башкой во все стороны, дожидаясь, когда ему выдадут следующую пару пива. – Ну и говнюк же ты, братец, – неожиданно совершенно спокойным голосом сказал папулька. – Как ты можешь мне – своему боевому командиру – такие слова говорить? — 109 —
|