Чиновники всех категорий при Петре I начали обеспечиваться денежным жалованьем. Разработанная под руководством царя Табель о рангах создала новую иерархию служебных разрядов в государственном аппарате, при царском дворе, а также в военной сфере, разделив их на 14 классов. Продвижение по ступенькам этой бюрократической лестницы должно было осуществляться в соответствии с принципом «годности», а не «породы». Коренные изменения произошли в сфере управления Православной Церковью. После смерти в 1700 г. патриарха Адриана Петр не назначил ему преемника. В 1721 г. патриаршество было вообще упразднено. Высшее управление церковными делами возлагалось на Духовную коллегию, переименованную вскоре в Синод. Надзор за деятельностью Синода поручался назначенному монархом обер-прокурору. Не желая допускать существования в лице Церкви института, пользующегося в своих отношениях с властью известной долей самостоятельности, Петр I подчинил духовенство жесткому государственному контролю. Превратившись в результате в одно из звеньев правительственного механизма, Церковь утратила способность выступать в роли авторитетной общественной силы, что обернулось в конечном счете кризисом Православия, который ярко проявился спустя почти два столетия после петровских реформ, в пору пережитых страной в начале XX в. социальных катаклизмов. В целом реформы Петра привели к созданию более «регулярной», чем прежняя, системы управления государством. Отношения внутри государственного аппарата, порядок его работы определяли отныне (правда, во многом лишь на бумаге) не традиции, не личный произвол, а абстрактные юридические нормы, хотя еще и весьма далекие от совершенства. Процесс деперсонификации и рационализации управления, будучи в основе одним из важнейших симптомов перехода от средневековой государственности к современной, стимулировался Петром, рассчитывавшим таким путем усилить контроль за чиновничьим аппаратом и, введя его деятельность в рамки выражавших волю монарха нормативных актов, пресечь попытки бюрократических структур использовать власть для собственных «нужд». Разумеется, реально бюрократический аппарат, созданный Петром, существенно отличался от того идеала, которым руководствовался монарх, перестраивая систему управления. Многие юридические нормы, призванные регулировать работу государственной машины, к жизни имели весьма слабое отношение. Взяточничество и произвол, казнокрадство, низкий уровень исполнительной дисциплины, проявлявшийся в игнорировании даже царских распоряжений, — все это было характерно для новых учреждений в не меньшей мере, чем для старых. Излечить государственную машину от недугов подобного рода не могла даже железная воля царя-преобразователя. — 177 —
|