Иногда ассимиляция проекции удается изменением межличностного диалога на внутриличностный: П. : Мне неловко, Джейн, ты смотришь так, будто ожидаешь от меня чего-то выдающегося, а я все время боюсь разочаровать тебя. Т. : Представьте, что вы Джейн, и говорите с Генри так, что ему становится неловко. П. : (Генри) Ты такой умный парень, а говоришь глупости. Где твой талант, Генри? Ведь ты же не обыкновенный, как все. Ты знаешь, что можешь быть лучше. Т. : Хорошо, теперь усадите Генри на тот стул и скажите ему то, что сказала вам Джейн. П. : Генри, ты гений. А ведешь себя совсем не так. Ты напрасно тратишь свою жизнь. Ты ведешь себя как обычный парень, а возможностей у тебя гораздо больше. Ты должен относиться к себе более серьезно и показать миру, кто ты на самом деле. Т. : Хорошо. Теперь вы «обвиняемый», ответьте на то, что только что сказали. П. : Да пошел ты... Я по горло сыт своей гениальностью, чтобы еще развлекать тебя и быть тем, кем ожидала видеть моя мамочка своего чудесного сыночка. Я — это я, и все. Я здесь в свое удовольствие, и плевать мне на все твои ожидания! Т. : Теперь продолжайте диалог. П. : Поосторожнее, Генри. Твоя новая философия звучит довольно убедительно, но это лишь поза. Если ты перестанешь слушать меня и будешь поступать по-моему, то окажешься в дураках и останешься один. Ты что-то из себя представляешь, потому что я хорошо о тебе заботилась. Ты так вырос за эти годы, а теперь собираешься похерить все. Как в приведенной иллюстрации, проекции часто соответствуют личностным аспектам, которые мы в Гештальте называем «обвиняемым» и «обвинителем». В данном примере индивид чувствует критику, несоответствие предъявляемым требованиям, вину, смущение и т.д.; в начале же он судит других и принимает требуемую роль. В обоих случаях проекция может раскрыть то, чего не может простая интроспекция или неподготовленное внутриличностное столкновение, для чего терапевту потребуется затратить время на пробуждение экспрессии проекций (например, посредством звуков) и их выявление или проявление, прежде чем приступить к реассимиляции. По Перлсу, Хофферлайну и Гудману, невротический страх отверженности является следствием проекции собственного отвержения других индивидом. Неврастеники много говорят, что их отвергают. Это, по большей части, является проекцией на остальных своих собственных отвержений других людей. То, что они отказываются чувствовать, является их скрытым отвращением, с которым они слились в своих личностях. Если же почувствуют, им придется изрыгнуть и отвергнуть многое из своих «излюбленных» идентификаций, которые были «невкусны» и ненавистны в момент «проглатывания». Или же им придется пройти через весь трудный процесс восстановления, обработки и ассимиляции. — 86 —
|