Впечатления, которые ведут к новому рождению, вытекают из неведения (невежества) истины. Если бы преходящая, полная страданий природа земного существования была познана человеком вполне, тогда у нас не могло бы возникнуть кармы, вызывающей новое рождение. Неведение истин (невежество), следовательно, есть коренная причина впечатлений, т. е. стремлений к новому рождению. Вкратце: 1) страдание в жизни обусловлено рождением; 2) рождение — стремлением к жизни (к наслаждению); 3) стремление к бытию — умственной привязанностью к объектам; 4) привязанность — жаждой, желанием вещей; 5) жажда — чувственным восприятием; 6) чувственный опыт — чувственным соприкосновением с объектами; 7) чувственное соприкосновение — шестью органами познания; 8) шесть органов познания — эмбриональным периодом развития организма, состоящего из разума и тела; 9) эмбрион не может развиться без первоначального сознания; 10) первоначальное сознание обусловлено впечатлениями прошлой жизни; 11) эти впечатления обусловлены двенадцатым звеном цепи — неведением истины. Это есть 12 звеньев цепи причинной зависимости, или, иначе говоря, 12 звеньев цепи страданий.[12] Значит, сегодняшняя жизнь является следствием прошлой и причиной будущей жизни. Третья Благородная Истина — о прекращении страданий — вытекает из второй, где говорится, что несчастье зависит от некоторых условий. Если устранить условия, порождающие несчастья, то прекратятся и страдания. Вот к этому и стремятся буддисты. Прекращение страданий, т. е. НИРВАНА, как они говорят, возможна в этой жизни, если будут выполняться определенные условия. Когда контроль над страстями и постоянное размышление об истине ведут человека через четыре стадии сосредоточения к совершенной мудрости (о чем будем говорить потом), тогда он освобождается от власти земных страстей. Он порывает узы, связывающие его с миром. Тем самым он становится свободным, освобожденным. Это состояние освобождения чаще называется нирваной — угашением страстей, а вместе с ними и страданий. Но состояние нирваны не означает отказа от деятельности. Об этом в следующем письме. И в следующем письме напишу о Четвертой Благородной Истине — о пути к освобождению. Моя Наташа, моя хорошая! Отъезд твой, как я и предполагал, привел меня в абсолютный упадок духа, в полное отчаяние. Я полюбил тебя не только сердцем, но и душою. Ты увезла с собою всю мою радость. Я понял, понял тогда, когда ты была здесь, что счастье у меня будет только там, где ты. Как мне хочется быть с тобою. Как мне хочется, чтобы ты сохранила полную индивидуальную свободу. Будь умной и серьезной в своих высоких целях. Постарайся, моя милая, моя хорошая, приехать. Единственным моим утешением является надежда снова увидеть тебя. Прими все меры, чтобы в декабре приехать в Москву. — 7 —
|