— Пусть ваша милость прикажет отрубить мне голову, если я не смогу показать ничего более интересного. — Ну что ж, если это окажется правдой, тебя ожидает самая высокая награда. Неси свой мешок. — У меня нет мешка. — Это хороший знак. Значит, у тебя нет мешка со всякими таинственными побрякушками. Что же у тебя есть? — Только это, — сказал странник, указывая на свои широко открытые глаза. — Что-что? — переспросил царь, вглядываясь в его лицо. Как только глаза Лаваны встретились с глазами странника, все вокруг переменилось. Царь больше не видел своих министров; парадный зал с коврами и золотыми колоннами словно растворился в воздухе. Исчез даже трон, на котором он сидел. Царь оказался один в широком поле, на котором пасся иссиня-черный конь с развевающейся гривой и длинным хвостом, волочившимся по земле. Глаза у коня сверкали, морда была покрыта пеной. Он встряхивал гривой и рыл копытом землю. Лавана подумал: «Грош мне цена, если я не сумею поймать и укротить этого скакуна». Он осторожно приблизился к коню, но тот отпрянул, гордо вскинув голову, подождал, пока царь сделает новую попытку, и опять отпрыгнул в сторону. Так продолжалось довольно долго; наконец царя обуял гнев и он, сделав неожиданный прыжок, схватил коня за пышную гриву и вскочил ему на спину. Конь стремглав бросился вперед, перешел с рыси на галоп и помчался сквозь густые заросли с такой скоростью, что у Лаваны засвистело в ушах. Одежда царя превратилась в клочья, он истекал кровью. В конце концов, конь сбросил его, и царь потерял сознание… Когда он пришел в себя, то понял, что находится в непроходимых джунглях, в которых могут подстерегать любые опасности: и хищники, готовые проглотить его целиком, и ядовитые змеи, и дикари, которые схватят его и станут терзать. Царь не знал, в каком направлении надо идти, но, немного помедлив, двинулся вперед. Шел он очень долго, и, когда наставала ночь, забирался на высокое дерево и засыпал. В конце концов, он потерял счет дням; его мучили голод и жажда, жалили тысячи москитов; его тело превратилось в кожу и кости… Когда царь уже был близок к отчаянию, он внезапно ощутил ароматный запах жареных пирожков. Из леса появилась молодая женщина, прикрытая рваным куском материи. Внешность у нее была отталкивающей: заячья губа, кривые, выступающие вперед зубы, грязные, нечесаные волосы. В руках она держала корзинку. — Кто ты? — спросил Лавана. — Ой! — испугалась она, неожиданно увидев перед собой незнакомца. — Я живу вместе с отцом-дровосеком в этом лесу. Сейчас я несу ему обед. — 29 —
|